Химера

Я стала забывать, кто я и сколько мне лет, и от этого ощущения расщепления начало тошнить, словно меня укачало в автомобиле.

– Рассказывай! – поспешно выпалила я, пока ещё могла говорить. Звук, вырвавшийся из моего рта, получился многоголосным, будто вместо меня вещал целый хор.

– Да нечего рассказывать, – буркнул, сверкая кошачьими глазами, змей. Но всё же добавил. – Мать вчера полвечера рыдала в трубку. Просила меня вылечить этого придурка.

– А он разве болеет? – полюбопытствовала Лизка, с трудом удерживаясь на плывущей в пространстве банкетке.

– Чем? Простудился?

– Если бы. Бесплодный он теперь. Доигрался со своими экспериментами – сама природа его остановила! А мать, видите ли, хочет от него «ещё деток». Совсем с ума посходили!..

Искривившись, будто проглотил лимон, Сыр снова отвернулся. Наши одногруппники, оказавшиеся на линии огня его змеиного взгляда, бросились врассыпную. Кто‑то умолял прекратить, кто‑то расплакался, кто‑то обещал «навалять», кого‑то всё же вырвало.

Староста потряс Яшку за плечо, но и это не помогло. Наоборот, вокруг его тела в пространстве начали расходиться круги, словно по воде, и от них до головной боли зарябило в глазах.

– Яков, посмотри на меня, – вдруг раздалось сладкое. Перешагнув порог кабинета истории искусств, Белла Евгеньевна подошла к парню и положила руку ему на затылок. – Не бойся. Вместе мы справимся. Посмотри мне в глаза.

Её лицо единственное не исказилось под натиском кислотно‑жёлтого Яшкиного взгляда.

Даже помада с губ не съехала. Улыбнувшись ему доброй трогательной улыбкой, ведьма проворковала:

– Вот так, хорошо… Фокусируйся на моих зрачках, пока не почувствуешь, что вернул себе контроль.

Белла терпеливо гладила его пальчиками по затылку, а предметы вокруг нас медленно складывались воедино. Я, наконец, вспомнила, сколько мне лет. Приступ рвоты у сокурсницы остановился. Лизкина скамейка прекратила изображать из себя плот, мечущийся в штормящем океане, и твёрдо встала ножками на пол.

Сыр, побледневший и растрёпанный, озирался по сторонам. Часы в конце коридора бодро отстукивали секунды. Время теперь снова шло как обычно, может даже чуть быстрее. Ласково потрепав парня по плечу, Белла достала что‑то маленькое из своей сумочки и вложила ему в ладонь:

– Тебе нужно носить с собой карманное зеркальце, – пояснил умилительно‑трогательный девичий голосок. – Если почувствуешь, что начинается приступ, просто посмотри себе в глаза.