Кесарь. Перо и хребет

Ювелир ничем не показал, что удивлен такой секретности. Впрочем, у него и так на сегодня хватило волнений.

Всего час назад его навестили сотрудники службы безопасности Кесаря. Они выясняли, не делал ли он копию алмазных подвесок. Цверг поклялся на крови, что изготовил их восемь лет назад, и с тех пор не поступало заказов на подобные украшения, так что особисты ушли ни с чем.

– Мне угодно сделать подвески, – криво усмехнулся Димитрий и протянул карлику бархатный футляр, который перед уходом достал из сейфа.

– Надеюсь, эти камни подойдут?

Это должно было стать приданым дочерям, но не станет.

Бриллианты, достойные красоваться в короне старого Кесаря.

Бриллианты, сопоставимые по размеру и чистоте.

***

До вечера архимаг побывал у владыки. Усыпляя подозрения, он вел себя как обычно. Эдуард тоже, играя с ним, как кошка с мышкой, сделал вид, что ничего не заподозрил. Ему уже доложили, что Димитрий вернулся из поездки не один.

Вечером вампир желал посмотреть на Дарию. Придет ли она в подвесках? Как на нее посмотрит Волков? Это не было ревностью.

Упыри не умеют любить. Эдуард просто хотел знать, свершилось ли пророчество, и решить, от кого из этих двоих стоит избавиться. Только и всего.

***

Михальский возился с щенком, пока Волков-старший отсутствовал. Бабка мальчика что-то растирала в ступке, искоса поглядывая на мага и внука, которые расположились на просторной кухне и пили чай.

Она жалела, что не достала на пепелище дома «око истины». Сейчас бы этот придворный хлыщ ее не обманул.

– Вы знаете мою мать?

– Не очень хорошо, – ответил маг, отхлебнув из чашки. – Хозяева обитают… изолированно.

– Что это значит?

Петер попытался объяснить. У него внезапно случился приступ откровенности, хотя он не подозревал, что виной тому были травы, подсыпанные ведьмой в чай. Она обнаружила неплохой запас трав и эликсиров на кухне.

– Она ведь не Хозяйка, – добавил парень.

– Не в этом дело. Просто они хорошо охраняют свое имущество, – ответил Михальский. – Что попало к ним руки – пропало.

Им проще убить, чем отпустить.

Воздушнику это всегда казалось несусветной глупостью. Упыри – как собаки на сене. «Сам не гам, другим не дам». Такими жадными были только горные гномы и драконы, которые никогда не расставались со своими сокровищами.

– Какая она? – жадно спросил Даня, подавшись вперед. – Красивая?

Ему было до смерти интересно.

– Умная.

Даже слишком. Достаточно умная, чтобы выжить при дворе и не сойти с ума.