Кесарь. Перо и хребет

Достаточно, чтобы не лезть в государственные дела и не озлобить царедворцев против себя. Умеющая изобразить, когда надо, глупость.

Откровенно говоря, Михальский таких не любил. Женщина нужна, чтобы просто расслабиться. Проведешь с прелестницей ночку, да и укатишь по делам, не вспоминая до следующего раза. Если он будет, конечно. Ни к чему. Ничто не должно цеплять.

Ведьма Дария Радзивилл была слишком сложной для этого. Хотя сначала, когда он случайно увидел ее на приеме, маг решил иначе. Он тогда подумал, что это кукла Кесаря, очередная пустышка, корм.

Про знакомство Димитрия с Дарией он знал, но не придал этому значения. Друг хорошо скрывал свои чувства и тайны. Особенно наличие сына.

– Да, она всегда была такой, – подтвердила Полина Эдуардовна, присев рядом за стол. – Но часто ум до добра не доводит. Понял?

Даня кивнул.

***

– Надеюсь, вы понимаете, что опытный специалист, который держал в руках старые подвески, легко определит подделку, – сказал вечером цверг, вручая футляр архимагу.

– Надеюсь, вы понимаете, что это должно остаться между нами, – передразнил цверга Димитрий, передавая увесистый сверток с золотом и несколько банковских чеков, выписанных на предъявителя.

– Отчего же, я все понимаю.

Ювелир умел хранить тайны своих высокопоставленных клиентов, если это не шло во вред его многовековому предприятию.

***

Дария при помощи служанок и камеристки наряжалась для вечернего приема. Было все, кроме злополучных подвесок.

___

прим. * reis opp – вставай, поднимайся ** sov godt – спокойной ночи, хороших снов

Глава 23

Дария корила себя за глупость.

Сколько бед случилось по ее милости! Надо было позволить Даниилу Волкову умереть после войны. Надо было позволить Кесарю выпить кого-нибудь в ночь у костров… Надо было забыть о пророчестве. Пусть бы мать и дальше тешила себя пустыми надеждами.

О том, чтобы удавить «бездонного» младенца в колыбели, как не раз делали предки Радзивиллов ради безопасности рода, она старалась не думать.

Впрочем, не пожалей она некроманта, этого ребенка у нее бы никогда не было. Сошлась бы с каким-нибудь колдуном или ведьмаком, вышла замуж и жила как все. Родила бы дочь.

– Если бы да кабы в носу выросли грибы, – сказала бы на это ее мать, Полина Эдуардовна.

Ничего не изменить. Жизнь невозможно повернуть назад. Ошибки не исправить. Что сделано, то сделано.

Хозяева никогда не отпустят стадо.