Возрождение Орсона

Он старался до последнего, несмотря на то, что каждый раунд оборачивался для него поражением. Но когда в финале все мои дротики вонзились в яблочко, синьор Орканья разразился такой руганью, что в нашу сторону направились охранники дирижабля и встали поблизости.

Синьор Ванджели огласил результаты состязания. Роберто молча подписал официальную бумагу, после чего заказал стакан виски и удалился к себе в каюту, продираясь сквозь аплодирующую толпу.

То, что в этом мире называют инспирой, окропило меня, словно ливень, несомый ветром.

Я почувствовал прилив уже знакомой энергии, что разлилась в сердце горячим желанием творить, создавать, воплощать. В этот раз ее количество было не настолько большим, чтобы заставить меня тут же играть на гитаре или петь во все горло. Я прислушался к ощущениям и заметил, как полученная инспира медленно, капля за каплей, испаряется из моего духовного резервуара. Следовательно, накапливать ее таким способом не получится.

Я закинул шкатулку с золотом в портфель, чувствуя, насколько он потяжелел – отличный снаряд для тренировок! К слову, моя правая рука, после того, как вместо нервов тела ей напрямую управлял мой дух, повисла сейчас вдоль туловища и напоминала о себе стреляющей болью в связках.

Ко мне подошел Франческо, качая головой и цокая языком.

– Брависсимо! Я подозревал, что вы окажетесь хорошим игроком, но чтобы так уделать несчастного Роберто… Ну и представление вы устроили, Орсино Великолепный!

– Чего уж тут великолепного, – сказал я.

– Оу, это обращение из богемного этикета. Позвольте я преподам вам небольшой урок на будущее. Великолепный – это высший ранг демиурга, следующий за первым. В действительности демиургов такого ранга за всю историю существовало лишь несколько, поэтому титул "Великолепный" используют как обращение к демиургу любого ранга. Это своего рода пожелание собеседнику достичь вершин в его таланте. Полагаю, если ваша творческая карьера будет такой же, как ваша игра в дартс, вас ждет оглушительный успех.

– Благодарю. Я постараюсь, чтобы в будущем фамилия Аккольти не нуждалась в представлении – так же, как ваша, синьор Ванджели.

Франческо утробно хохотнул.

– Да уж, не мне вам давать уроки богемного этикета.

Он достал из нагрудного кармана футляр из слоновой кости. Внутри оказалась колода карт, похожих на игральные. Франческо достал одну из них и протянул мне.

– Я рад нашему знакомству, – сказал он. – Вот, возьмите мою карту Менегро.