Возрождение Орсона

На карточке был портрет самого Франческо Ванджели, сидящего в кресле перед письменным столом. На портрете он был помоложе, еще без очков в золотой оправе, но уже такой же дородный. Я повертел карту в пальцах и приподнял бровь.

– Оу, сколь много вам еще предстоит узнать, – улыбнулся Франческо. – Карты Менегро – это энигмы, с помощью которых можно связаться с тем, кто на портрете. Нужно только обратиться ко мне, и если я откликнусь, мы увидим друг друга и сможем поговорить. Получить мою карту желали бы многие аристократы и бизнесмены.

Такие карты изготавливаются на заказ и весьма недешевы, их раздают близким людям и ключевым партнерам. Вращаясь в высшем свете, вы постепенно соберете целую колоду, и я рад, что моя карта первая.

– Сейчас я не могу отплатить тем же, но зовите меня Орсоном, – сказал я.

– Орсон… хм. У вашей фамилии северные корни?

– Нет. Просто это имя для ближнего круга.

– Благодарю.

Франческо заметил девушку в голубом платье и воскликнул:

– Оу, а вот и моя Дора проснулась! Давайте я вас познакомлю.

Глава 5

Первой моей мыслью было, что белокожая блондинка приходится синьору Ванджели женой или любовницей. Я внутренне напрягся. Не хотелось бы из-за недавнего происшествия в каюте ставить под угрозу ценный контакт с фамилией Ванджели, да и просто по-человечески я не хотел обижать достойного человека. Франческо взял меня под локоть и повел к Доре.

Она встречала нас вежливой улыбкой, взгляд доброжелательный и поверхностный, как водится при официальных знакомствах с уважаемыми, но безразличными людьми.

И все же я успел заметить короткий колкий взгляд из-под пушистых ресниц – под маской воспитанной леди пряталась умирающая от любопытства девчонка. Франческо представил меня и сказал:

– Моя младшая дочь Дора Ванджели, муза.

Ее платье было намного менее откровенным, чем наряд той же Маргариты, но столь утонченно и изысканно подчеркивало достоинства фигуры, что производило куда более сильный эффект: словно удар эльфийской сабли в сравнении с дубиной тролля.

Насмотревшись за свою жизнь на сотни принцесс, я легко узнал настоящую благородную кровь, которая являет себя во всем: от выбора ленточки, поддерживающей прическу, до манеры дышать. Не хотелось говорить о ее длинных ногах, крутых изгибах талии и ювелирно очерченных алых губах – в ее образе было нечто, возбуждающее не только плоть, но и духовную страсть. За таких дам ломают копья, а не...

– Весьма приятное знакомство, синьорина, – сказал я.