Возрождение Орсона

Я надел брюки и набросил рубашку, а остальную одежду взял в руки. В таком виде выскользнул за дверь и поспешил в свою комнату.

Я находился в другом корпусе общежития, пришлось выйти на улицу. Я зажмурился от яркого солнца и двинулся по дорожке едва ли не на ощупь. У крыльца моего общежития околачивались трое: Марко Ванджели – аккуратно одетый и причесанный, словно собрался на бал, и двое крепких парней, которые хоть и были аристократами, но больше походили на огров. Огры были угрожающе-серьезные, в пиджаках, туго обтягивающих мощные плечи.

– О! – сказал один из них, указывая на меня пальцем.

Марко резко обернулся, мелькнула острая улыбка.

– Ты заставил нас ждать, нищеброд.

– Хм, – сказал я, поглаживая подбородок. – Не припомню, чтобы я заказывал уборку апартаментов или вызывал грузчиков. Чего же вам тогда надо, ребята?

Марко покрылся красными пятнами и шумно выдохнул.

– Да что ты себе позволяешь?! – выдавил он. В следующую секунду он вернул самообладание и сказал: – Господа, будьте добры, вбейте этого ублюдка в грязь, чтобы я побеседовал с ним с правильного положения.

Я рассмеялся.

– Ты находишь это забавным? – спросил Марко. – Любишь валяться в грязи?

– Выходит, чтобы беседа была на равных, я должен упасть в грязь? Нет уж, снисходить до твоего свиньего уровня я не намерен.

– Ну, что вы стоите?! – воскликнул Марко. – Ну!

Огры двинулись на меня. Травмировать свои нервные окончания очередным вывертом духа ради этих недоносков мне не хотелось – еще весь день впереди.

Сейчас мои силы лорда были мне недоступны, однако дремали в глубине моего духа: я чувствовал сводящее с ума мельтешение Хаоса и засасывающую пучину Тьмы. Говорят, глаза – это зеркало души, так почему бы не поймать одно из отражений и не показать его вот этому юному мордовороту?

Я взглянул ему в глаза. В черноте моего зрачка мелькнула Тьма: буквально одна черная точка, но глубиной в бесконечность – крохотный намек на тот вакуум, что способен проглатывать лучи света, устроить солнечное затмение, окунуть смертного в тьму, что была до рождения и будет после смерти.

Парень застыл. Его глаза расшились от ужаса, но он был не в силах оторвать взгляд. Он побледнел, кожа покрылась мурашками. Открыв рот, парень залепетал что-то нечленараздельное, крупная дрожь сотрясла тело.

– Ты чего… – начал второй огр, когда первый вдруг оттолкнул его и бросился в парк не разбирая дороги.