Дикша

Я-то, конечно, совсем не канонная Маринетт, но мир любил со мной играть, подсовывая странные ситуации и уже прописанные сюжетные ходы.

Обругав себя последними словами, я отлепилась от Нино и устало ему улыбнулась.

— В жизни всякое может произойти, Адриан, — сказала я, стараясь убрать из голоса скорбь и усталость. — Ты даже не представляешь.

По взгляду было понятно, что он хотел сказать что-то типа «вот я-то как раз и представляю», но, благодаря воспитанному чувству такта и врождённому желанию жить, промолчал.

Я потёрла лицо. Посмотрела на Нино и застонала: тёмно-синяя футболка Ляифа была вся в золотых блёстках. А отпечаток моего лица красовался у парня на плече, словно в каком-то хорроре.

— Ладно. Может, с блёстками я действительно переборщила, — сказала я, отряхивая волосы и осторожно опустошая капюшон от блеска, стараясь при этом не запалить и не вывалить Тикки. — Извиниться перед ней надо, наверное…

— Даже не думай! — неожиданно агрессивно сказала Алья; мы с парнями от резкости её тона вздрогнули.

— Эм-м-м… почему?

— Считай, что она просто заплатила за своё злословие, — моя девочка возмущённо задрала нос. — Она до тебя уже которую неделю докапывается, а ты всё это время молчишь. Даже Роуз заметила, что она к тебе предвзята! Блёстки — отличное наказание для этой гот-лоли-девочки, я считаю.

— Да она скорее эмо, а не готика, моя дорогая… и злится она на меня из-за Луки. Мы с ним много времени проводим, бренча на струнных, так что Джулека наверняка просто ревнует брата ко мне.

Добавлять, что воевать с детьми я не собираюсь, я не стала.

— Ой, — Сезер махнула рукой. — Мне как-то побоку, кто она, хоть пасхальный кролик! Никто не смеет обижать мою девочку. И вообще, иди сюда и обними свою Большую Мамочку. Почему это в нашей компании до сих пор только я не сверкаю, а?!

5. Совесть.

Вот что мне не нравилось в Адриане 2.0 — это то, что он мне больше не покупал еду.

Казалось бы, такая мелочь! Но вот регулярных булочек с сыром и сока мне не хватало просто ужасно.

— Маринетт, сок будешь?

— М?

Я подняла голову, но вместо своего Агреста увидела Нино. Ляиф протягивал мне пакетик с соком и… да, те самые сырные булочки.

Точнее говоря, сырные круассаны — мы же в Париже, в самом деле.

— Да, спасибо, — я взяла еду и вымученно улыбнулась; взгляд сам собой соскользнул мимо Нино на Адриана. — Эх…

Ляиф тоже посмотрел на Агреста.