Контрабанда

- Замечательно, - отец Пемброук потер ладоши. Казалось, он получает немалое удовольствие от этой беседы. – Какая незамутненная душа, какие перспективы для духовного роста! Скажи-ка, дружок, как ты, такой, попал в Орден? За какие личные качества достопочтенный и глубоко уважаемый мною Хранитель Хорос ввел тебя в круг избранных?

Гильза не придумал ничего лучшего, чем снова пожать плечами:

- Даже не знаю. Честно говоря, я сам иногда спрашиваю себя об этом. Никаких особенных достоинств у меня, вроде, нет. Кроме способности к перемещению, как у некоторых Хранителей.

Правда, я ни разу не пробовал – Хорос говорит, пока не стоит.

- Ну, это как раз  - дело наживное! – чуть улыбнулся отец Пемброук. – Я тоже когда-то не умел – потом научился… Но как Хорос нашел тебя?

- В больнице.

- В больнице? Ты был болен?

- Я и сейчас не совсем здоров, - честно признался Гильза. – У меня пуля в голове.

- Что?

- Пуля. Не знаю, как она туда попала. Доктор говорил – на войне подстрелили. Только я ничего не помню об этом.

Правда, Хорос считает, что  это временно.

- Как интересно… - протянул инквизитор, задумчиво останавливая ход игрушечного «маятника». - Никогда не слышал ничего подобного,  Признаюсь, ты меня удивил. И что же, эта твоя пуля… Не мешает  работе?

- Мешает иногда, - согласился Гильза.

Он немного приободрился: казалось, суровый инквизитор проникся  нему сочувствием и даже некоторой симпатией.

– Бывает, не могу сосредоточиться, иногда теряюсь в сложных ситуациях. Потому и работаю курьером – на большее я не способен.

- Да, да, - беззлобно улыбнулся инквизитор. – Меня весьма позабавили твои последние выходки.

- Я не нарочно, - курьер снова побледнел.

Но инквизитор жестом успокоил его:

- Ну, ничего, ничего. С кем не бывает? Главное – ты старался. Ведь так?

- Так.

- Вот и славно, - заключил инквизитор и вдруг словно спохватился. – А чего же ты стоишь? Присаживайся, присаживайся, в ногах, как у вас говорят, правды нет. Да и разговор предстоит долгий…

Отец Пемброук действительно долго расспрашивал его – в основном о несущественных, вроде бы, вещах: как он спит, что ест, есть ли у него привычки, друзья, бывают ли видения, как к нему относятся в офисе, что интересного он может рассказать о главе Ордена…

Гильза отвечал, как и учила Лю – честно и открыто.

Похоже, эта открытость особенно нравилась инквизитору. Он даже перестал казаться таким уж суровым и пугающим, как поначалу.

Наконец, отец Пемброук сказал:

- Все это прекрасно.