Странные люди

Для первого раза хватит.

Когда Славик поворачивался на бок, пружины матраса почти не скрипели под ним. Ирка только диву давалась, как быстро крепкий и здоровый человек превратился почти что в мумию. Упорствующую в своём нежелании спасаться мумию.

— Послушайте, я уже говорил, — начал Славик. Голос у него понемногу окреп, но был совсем не похож на тот бархатный баритон, который при первой встрече услышала Ирка. — Меня всё устраивает. Всё хорошо…

— Чувак, — начал Дориан. — Ты умираешь. Если мы ничего не сделаем сейчас, ещё день-два, и тебя не будет.

— А мне зачем жизнь… — Славик прислушался к внутренним ощущениям. Глаза у него вдруг распахнулись: — Что вы сделали с моей музыкой?

— Ничего. Твоя музыка осталась при тебе. Я только немного прикрутил радио в твоей голове.

Ирка слушала этот разговор и не понимала, что происходит. Какое радио? Как прикрутил?

— Полынь блокирует магию и защищает от вмешательств извне. Сейчас ты закрыт от неё снаружи и изнутри.

Славик перевернулся на живот и попытался сунуть в рот два пальца, чтобы вызвать рвоту, но Дориан его опередил, скрутил руки за спиной и снова уложил на бок.

— А вот этого не надо, чувак.

Хватка была такой сильной, что парень обмяк, не в силах больше сопротивляться. У Ирки всё внутри перевернулось от жалости и омерзения.

— Попробуй теперь ты с ним поговорить, — предложил Дориан.

— О чём?

— Расскажи, как мы с тобой познакомились. Про предков. А я пока… — Напарник встал и снял со стены гитару.

Ирка устроилась на полу рядом с изголовьем кровати и начала свой рассказ. Обстоятельства падения под яблоней она опустила, но дальше уж не жалела красок и описывала сморщенные головы со всем рвением хорошего опытного копирайтера. Славик, который уже практически задремал, повернувшись на спину, вдруг оживился. Сонный взгляд его стал осмысленным, он начал задавать вопросы, привстал на локте, и Ирке под шумок удалось напоить парня остатками лекарства.

Дориан в это время исследовал старую гитару. Вертел в руках так и эдак, прижимал ухо к резонатору, кажется, даже лизнул гриф.

— Ты ничего в ней не менял? Всё как было? — спросил он у Славика, и тот на удивление не стал упираться, а ответил:

— Ничего. И струны те же.

— Это хорошо. Ещё что-то у тебя после той ночи осталось?

— Джинсы и футболка. Там, в шкафу.