Лик Чёрной Пальмиры

И глава Темных Украины сделал ставку на одаренную молодежь, номером первым среди которой значился одессит Турлянский.

Завулон, Москва и Россия тогда, в сорок девятом, поспели на помощь слишком поздно. И та мимолетная встреча до сих пор оставалась единственной - больше Арик Завулона никогда не видел.

Лайк поднялся навстречу Завулону и Арик тотчас почувствовал: отсюда придется уходить. Шефы Дозоров явно вознамерились пообщаться по делу, а общаться следует в хорошо защищенных местах. "Виктория", невзирая на статус клуба Темных, таковой не являлась: здесь отдыхали и расслаблялись, а не работали.

Значит, верный им путь на Банковую десять, в дом с химерами. В офис Дневного Дозора Киева. В кабинет Лайка, весьма редко посещаемый хозяином.

Арик, ни слова не говоря, встал. Приезжий взглянул на него и еле заметно кивнул, здороваясь.

Магам вне категорий обыкновенно не нужны слова. И пусть Арика Турлянского пока трудно было причислить к таковым, но уж обходиться без слов он нынче был вполне способен.

Снаружи поджидал здоровенный лимузин.

Как Платону Смереке удавалось благополучно маневрировать в перегруженном автомобилями Киеве знал только сам пожилой водитель. Арик, во всяком случае, отметил, что магией при езде он почти не пользуется.

Перед домом с химерами Завулон и Арик ненадолго замерли. Было что-то завораживающее в этом асимметричном здании, украшенном множеством скульптур. На него можно было смотреть часами; и смотреть не надоедало. В очертаниях дома читались неприкрытая боль, смертная тоска и глухое отчаяние.

Наверное, архитектору было очень плохо, когда он задумывал дом с химерами.

- Сколько гляжу, и все поражаюсь, - тихо сказал Завулон. - Сила... Какая Сила... Кто его строил, Лайк? Откуда столько Силы и тоски?

- Архитектор один наш строил. Звали его Городецкий...

При упоминании фамилии архитектора Завулон вдруг резко повернулся к Лайку, оторвавшись от созерцания дома.

- Как? - переспросил он напряженно.

- Городецкий, - повторил Лайк, не вполне понимая тревогу московского коллеги. - Владислав Городецкий.

В девятьсот третьем году. Говорят, у него дочь в Днепре незадолго до того утонула. Отсюда и химеры, и прочая водоплавающая нечисть в оформлении... Он вообще много чего в Киеве и окрестностях построил. Музей изобразительных искусств, кенассу на Ярославовом валу. Там теперь Дом Актера. А какие он фамильные склепы строил!!! Графа Вирта на Байковом, инженера Лялецкого в Выдубичах... У-у-у!!! Костел на Большой Васильковской, по-моему, тоже его творение.