Гоэт

Христианский крест, например — это визуальный пароль к своему архетипу. А у архетипов древних, которые сейчас использовались для убийств, визуальные ключи очень сложные. Они могут напоминать витиеватую, но бессмысленную руну, неправильную кляксу, где важен каждый развод, или моток свалявшихся ниток. Без этих визуальных ключей, без «имён» архетипов, иногда даже без ключевых запахов их сложно нащупать — почти невозможно в случае тех, которые тебя волнуют.

Дверь кабинета Лилит ничем не отличалась от других простых деревянных дверей в коридоре.

Не имелось даже именной таблички. Зато за типовыми створками находились ещё одни — железные и незапертые.

— Пришла и опять за собой не закрыла… — проворчала сатирка, резко распахивая внутреннюю дверь.

— Здравствуй… — сбоку от учительского стола, на табуретке, сидела ещё одна сатириха — совсем молодая, с белой шерстью на ногах, светлой кожей и короткими соломенными волосами. Несмотря на общие очертания, на суккуба она никак не походила, скорее на доброго мультяшного персонажа, наполовину превращённого в человека.

— Добрый день, — ответила на приветствие Рисана.

— Это Наама, моя ученица, — представила белую чёрная сатирка. — Сейчас посмотрим, что можно сделать с нашей проблемой. Я заинтересовалась этой темой уже после второго убийства. Всегда мечтала попробовать себя в роли Дена Брауна, а здесь такой материал…

— И нашла что-нибудь? — поинтересовалась Рисана.

— Как сказать… Сейчас мы вместе перелопачиваем все возможные материалы.

В первую очередь нужно выяснить, какие именно архетипы использовались. А самое важное — для чего. Впрочем, здесь у меня есть несколько версий.

— Поделишься? — спросила самка. — У меня пока что никаких особых версий нет.

— У меня есть, я как раз из библиотеки, — Наама развязывала шнурки папки.

— Надеюсь, на этот раз не из институтской… — Лилит, обойдя вытянувшуюся по струнке ученицу, села со вздохом в старое преподавательское кресло. Интересно, ей поручили Нааму исключительно по расовому признаку, или у сатиров своя диаспора, если они готовы брать под крыло даже тех, кого не стали бы принимать по доброй воле?

— Нет, я съездила в книгохранилище, — тихо произнесла ученица, взмахнув от волнения похожим на конский хвостом.

Рисана пристроилась на свободном кресле через стол от самок, дожидаясь, пока сатириха разберётся с папкой. Наконец справившись со шнурками, она протянула листы наставнице.