Сороковник. Книга 1

Пока нутра ноутбуков щёлкают, урчат и стирают всё, что положено стереть, размечают, загружают, устанавливают, разыскиваю номер двухгодичной давности. И говорю с председателем Липецкого клуба кинологов. Беру у него нужный телефон, созваниваюсь ещё раз.

Скорбное выражение на лицах девиц сменяется возмущённым.

– Мама, – яростно шепча, перебивают они друг друга, – Не смей брать нового щенка! К тому же, они жутко дорогие! Ты что, не веришь, что Нора вернётся?

– Вернётся, – отвечаю твёрдо. – Но надо же вам на что-то теперь переключиться, вот и займётесь воспитанием.

..

– А когда Нора придёт, что мы с ними будем делать? Велишь отдать кому-нибудь? Ты же сама говорила, у нас и с одной собакой тесно!

– Ну... – говорю я. – Будет у нас две собаки. А что тут такого? Пока не попробуем, не узнаем, каково это. Собирайтесь, едем.

Они не верят своим ушам.

– Прямо сейчас?

Радостно визжат и бегут переодеваться. А я выгребаю заначку, отложенную на отпуск, отыскиваю ключи от гаража и машины, выхожу во двор…

И не могу понять, в чём несообразность.

Меня здесь быть не должно. Что же получается: я или моё сознание попали в тело проекции? Временно перехватили управление? Ладно, посмотрим, что дальше. Вывожу старенький Шевроле из гаража. До Липецка по хорошей дороге добираться минут пятьдесят, и мне хочется гнать быстрее, но я сдерживаюсь, веду аккуратно.

Потом я вижу нас с девочками уже в квартире у заводчицы. В просторном манеже копошатся толстенькие, как поросята, невероятно милые маленькие лабрадошки, в складочках, как шарпеи, с торчащими хвостиками.

.. Два мальчика и две девочки палевые, как Нора, а в сторонке безмятежно спит ещё одна – чёрненькая. Вот она просыпается и открывает чистые голубые глазёнки. Маруська охает и садится рядом с ней прямо на пол.

– Не продаётся, – говорит заводчица. – Себе оставляю.

Молча отдаю ей всё, что выгребла из заначки. Дама ошарашено смотрит и говорит:

– Тогда берите и второго.

Родословные я сама в клубе выправлю и привезу.

Она вещает о прививках, кормах, режимах, подготовках к выставкам... А я думаю: второго? Сонька смотрит мне в глаза и медленно вытягивает из вольера палевую девочку. Прижимает к груди.

– Ну, – говорю я, собравшись с духом, – будет у нас три собаки, когда Нора вернётся. А что тут такого?

Мы возвращаемся. Девочки растаскивают щенят по углам, знакомят с новым домом, подбирают имена.