Искра и Нить

Вежливый стук в дверной откос, и слегка напряженный голос, в котором узнаю блондинку у реки:

— Николай Федорович, это Юля. Нужно с вами кое-что обсудить. Могу я войти?

— Да, конечно. Открыто, — приглашаю я.

Дверь отворяется и девушка замирает, словно не ожидала увидеть меня вальяжно раскинувшимся на стуле. Служанка рассержена и очень напряжена. Несмотря на мое разрешение, войти она не пытается.

— Оксане Михайловне поплохело от ваших слов за обедом, — начинает она. — Вы не должны так разгова…

— Заходи, — не дослушав, настаиваю я жестом.

— Хорош кричать через порог.

Девушка кивает и шагает внутрь, пересекая незримый барьер, возведенный созданной мной печатью.

— Оксана Михайловна очень переживала из-за катастрофы, унесшей жизни ваших близких, — гневно продолжает служанка, а я успеваю с досадой подумать, что печать не сработала. — На этом фоне у нее развилась бо…

Едва заметно вспыхивает барьер на пороге и девушка замолкает, будто задумавшись. Голубые глаза заволакивает туманом, в зрачках разгораются алые угольки.

Еще секунда, и выражение ее лица смягчается, она улыбается. Прикрыв за собой дверь, Юля бросает на пол свой легкий пиджак. Расстегивает блузку и, опустившись на четвереньки, медленно ползет ко мне:

— Какая встреча, Грессил, — растягивая каждую букву, говорит она. — Так о чем ты хотел говорить с Асмодеем?

Глава 5

— Ты, кто такая? — настораживаюсь я, но не двигаюсь с места. В случае опасности, печать обеспечит мне защиту.

— Не узнал? — хихикает девушка на полпути от меня. — Как же так, Грессил.

Пару столетий назад ты был не прочь провести время в моей компании.

— Джилайя, ты?

— Угадал.

Юля все ближе и, кажется, в ее лице я могу уже различить знакомые черты. Но, конечно же, она не настоящая Джилайя. Лишь кукла, управляемая ей.

— Почему явилась ты, а не Асмодей? Я ждал его прихода, — слегка напряженно спрашиваю я. Сейчас от этой твари можно ожидать чего угодно.

— Зачем тебе старый демон, Грессил. — Мерно раскачивая задом, Юля продолжает ползти ко мне. Ее юбка задралась, но та не обращает внимания.

— Твоя специализация — женщины. Так не отказывайся от общения со мной.

— Вот именно, — парирую я. — Смертные женщины с вечной душой. У тебя её нет, Джилайя.

— Давай без оскорблений, милый. Я довольно обидчивая особа, — притворно возмущается демоница. Она замирает на месте, томно вздыхает, встает на колени. Её узкая ладошка ныряет под полуоткрытую блузку и скользит по груди. Всё это время Джилайя наблюдает за мной: смотрю ли я.