Идущие за лисой

Но если это всего лишь иранская телефонная будка, то зачем их тогда спешно уничтожать? Скворцов, я имею в виду. Помните, я сказал на приеме, что накануне соседская собака нашла трупик, а наутро я сам подобрал одного мертвого скворца и одного случайно уцелевшего? Напрашивается вывод, что цель этой охоты — скрыть то, что они так неудачно подслушали, разве нет? И у меня сложилось впечатление, что все это началось именно с того момента, как я сделал свою злосчастную запись. Собственно, я хотел у вас спросить: а больше к вам не приносили скворцов? Мертвых или раненых?

«Мне рассказывали еще про десяток скворцов, погибших в то же время».

Владимир Иванович, помнится, еще посоветовал предложить сдать анализы на паразитов. Инвазия, значит? Ну-ну... Интересно, а он сам-то просто так затеял тогда этот звонок, услышав от кого-то про мертвых птиц, или...?

— Нет, к нам не приносили. Но врач, который как раз тогда вас принимал, недавно упоминал о десяти подобных случаях.

Антон весь подобрался, как ищейка на следу.

— Кого-то из них удалось спасти?

— Насколько я поняла — нет, речь шла именно о мертвых птицах.

Владимир Иванович предполагал паразитарную инвазию...

— А вы? Вам не кажется это странным?

Зоя с сомнением взглянула на собеседника. Он, конечно, говорил какие-то очень странные и дикие вещи, строил нелепые предположения, но... Определенная логика в его словах, кажется, была.

И еще. Зачем все-таки Владимир Иванович настаивал, чтобы она позвонила явно случайному пациенту спустя три месяца после первого — и совершенно точно последнего — приема?

***

Вечером написал Вальтер.

Предложил провести завтрашний выходной вместе, может быть, поехать куда-нибудь за город: в конце сентября вдруг наступило настоящее бабье лето. Зоя, не раздумывая (хотя и с сожалением), извинилась и отказалась. На завтра было намечено важное дело, не терпящее отлагательств.

Уже совсем стемнело, но почему-то неудержимо захотелось прогуляться. Зоя выскользнула во дворик за домом и уставилась в черное сентябрьское небо, усыпанное звездами.

Пик звездопада уже миновал, но все же...

Она разглядывала с детства знакомое созвездие Медведицы, мысленно достраивая от него прямую к Полярной звезде, когда половину неба прочертил ярчайший метеор.

Зоя загадала желание — искренне, от всей души — и улыбнулась, глядя, как растаял в воздухе серебристый след.

***

— Эсми!

Никто не отозвался.

— Эсми!

Обиделась, что ли? Хотя надо признаться, повод у нее был. Зоя действительно резковато себя вела эти дни.