Разбитые иллюзии

– Ты моя госпожа. Десять лет я буду служить тебе во всём, так, как ты посчитаешь нужным. Всё моё – твоё. И я твой.

Пока он говорил, на его руках и шее проступали браслеты – оковы клятвы, а на голом теле появился кожаный доспех.

Я знала, что мы оказались как бы во сне, и тут возможно всё, на что хватит внутренних vis-резервов. Но Седрик не умел управлять своим миром, пришлось мне немного похозяйничать.

Вытащив откуда-то из-за спины тёплый, изумительно мягкой шерсти свитер, присмотренный мной для Вика неделю назад, я произнесла:

– Принимаю твою службу.

В знак моего расположения прими этот дар.

Седрик с удивлением уставился на такую тёплую и уютную даже с виду одежду, будто я ему щенка о трёх головах протягивала.

– Надень.

Он несмело принял вещь из моих рук, поднес к лицу и понюхал.

– Пахнет летом и тобой…

Он натянул его, и доспех вдруг оказался поверх свитера, но браслеты и подобие ошейника остались скрыты.

Седрик обхватил себя руками.

– Тепло…

Тучи на горизонте чуть разошлись, показался робкий солнечный лучик.

Седрик зачаровано смотрел на него...

– Нам пора возвращаться, – позвала я.

Он лишь удивлённо взглянул в ответ.

В следующее мгновение я почувствовала своё тело и Седрика, слившегося со мной. Прервав поцелуй, я легко его оттолкнула. Нас выбросило в реальность.

Словно проснувшись, мой извечный соперник, а теперь – вассал глубоко вздохнул и обхватил себя руками, словно надеясь, что тот свитер окажется на нём. Коснулся рук и шеи, потом закрыл глаза, успокаиваясь.

– А ты не верила, – вдруг произнёс он.

Я не сразу поняла, что он говорит о потере свободы. Седрик осознал, что не может управлять собой, и предпочёл… сдаться.

– Ты больше не волк.

– Да, я не волк. Я воин и собачий пастух. И я служу тебе, – еле слышно добавил он.

Что-то еле уловимо изменилось в его лице. Наверное, холод перестал терзать его. Не думаю, что те раны так быстро перестали кровоточить.

– Мне пора, Седрик, я и так задержалась с тобой. Возвращайся и готовь город к войне. Но без мобилизации… пока.

Он глухо зарычал, справляясь с гневом и беспокойством.

– Пати, просто помни, что мы без тебя не выстоим. Ты утащишь за собой меня.

Он не жаловался, он констатировал и предупреждал.

– Я буду осторожна. Я всё понимаю.

– Охраняй её ценой своей жизни, – приказал он Тони, и тот дёрнулся, удивленно понимая, что слова Седрика имеют над ним власть.

Как в былые времена, бывший глава города украл у меня мимолётный поцелуй и зашагал прочь. Мы вернулись в машину.