Товарищ "Чума"#2

)]

И вот, наконец, устроенная злыднем веселуха приблизилась к своему апогею. «Охотники» находящиеся в конце цепочки, и непонимающие, что происходит, запаниковали, приняв раздающие выстрелы за нападение вражеских сил.

- Partisanen!!! Achtung!!! Partisanen!!! – начали раздаваться в лесу испуганные голоса «загонной команды», и тут же вразнобой застучали частые лающие выстрелы.

Лупили фрицы в белый свет, как в копеечку. И самое радостное, что нет-нет, да и умудрялись задевать даже своих, сея еще большую панику.

- Partisanen?! – брызжа слюной и при этом дико хохоча, щедро поливал свинцом своих же бойцов ягдмайор.

- Verstanden, Dreckschweine!

[Попались, грязные свиньи! (нем.)]

Бойцы охотничьей команды падали один за другим, совсем потерявшись. И чем больше они пугались, паниковали, корчились от болезненных ранений и умирали, тем сильнее становилось влияние злыдня на их расшатанную психику. Я даже чувствовал, как стремительно растут его возможности.

Теперь он легко мог дурить людям голову , намного быстрее, качественнее и на более далеком расстоянии.

Теперь он мог одновременно удерживать под своим полным контролем не одного человека, как это происходило с майором, а двоих-троих! Причём, для этого не нужно было в прямом смысле слова садиться бедолаге на шею.

Едва Лихорук покинул норовистую лошаку с майорскими погонами, раскинув еще шире свои сети, в лесу мгновенно развернулась эпичная битва всех против всех. Никто из фрицев уже не понимал, где друг, а где враг, безостановочно паля во все стороны разом и во всё, что двигалось.

Буквально за десять минут всё было кончено – лес заполнила гнетущая тишина, нарушаемая лишь стонами тяжело раненных и умирающих немцев. И мне эта чудовищная картина лечебным бальзамом легла на мою чёрную душу.

Я заметил, что мой уровень еще немного подрос, но до третьей веды было еще далеко. Похоже, что «очки» колдовского чина начислялись по какой-то схеме, «формула» которой мне была неизвестна. Но в мою «копилку» всё равно что-то капнуло, хоть я и пальцем для этого не пошевелил, убирая врагов руками послушного мне злыдня.

И посередине всего этого побоища стоял я… э-э-э… стоял злыдень и тянул из умирающих фрицев эманации страха, боли и смерти, хищно шевеля ноздрями. Сегодня он хапнул столько силы, которую даже и не рассчитывал заполучить.

Вот теперь я понял, каким на самом деле существом являлся Лихорук. И по какой причине его припечатали закладным камнем волхвы, по-видимому так и не сумев его убить окончательно.