Поближе к звёздам

Я была на концертах, что были до моего рождения, прикинь!

Поразительно, сколько всего можно обнаружить и после смерти. Вете до сих пор верилось с трудом.

– А ты как умерла? Я так и не знаю.

Болтушка Эвелина обидчиво скривилась.

– Не очень приятно. В меня ударила молния, – она оглядела себя, и её аура проявилась, засверкав на пару мгновений, как искрящиеся провода. – А, впрочем, всё фигня. Наши тела умерли, но мы-то живы. Всё не так уж и плохо.

– Зато по нам будут грустить, – заметила Вета.

– Не велика потеря для мира живых.

Ничего страшного, – улыбнулась Лина. – Когда-то и они окажутся здесь, за гранью. Понимаешь, мы бабочки, а тело – это наш кокон. Чем дольше мы в теле, чем светлее жизнь во плоти, чем больше добра мы сотворили и наслаждались им, тем легче нам здесь, без тела. Мы ж не торопим беременных, чтоб родили быстрей – прости за грубое сравнение. У меня лично не так много было добра в жизни до смерти, и вот я отрабатываю его среди таких, как ты.

Вета кивнула. Её монстр умер вместе с коконом.

Болезнь отвела от неё свои когти, страдания кончились.

– А я никогда не жаловалась на жизнь. Более того, я рада и тому, что я прожила. Любые мелочи приносили мне маленькое счастье.

– Во-о-от, и поэтому ты огромная молодец!

Эвелина лихо вздёрнула головой, и её волосы поплыли по воздуху лёгкими волнами. Она всматривалась в ночное небо, которое почти целиком было затянуто тучами. Ничего не видно в этом сером городе…

И вдруг Эвелина заговорила с хулиганской улыбкой:

– Помнишь, ты хотела к звёздам?

Вета встрепенулась.

Упоминание сокровенного желания той, кто помог ей пережить переход, разом разожгло в ней пламя.

– Хотела. Разумеется, – согласилась немедля.

– Ну что ж! Кое-чем ты всё-таки не насладилась в жизни, признайся?

Эвелина лихо взлетела с забора и повисла над самыми кронами деревьев.

– Ты что, серьёзно! – в восхищении и неверии Вета выпрямилась над забором. – А так можно?

– А что нет-то! – усмехнулась Лина. – За гранью всё можно! Не то для чего нам всё это?

Она почти процитировала её собственные мысли!

– В самом деле!.

. Давай.

Вета присоединилась к Лине, и они взмыли вверх – к облакам, к самому небу, стратосфере. Они загорелись, запылав кометами, но не от боли. От счастья полёта. Казавшийся снизу серым город сверкал как драгоценностями. Вся планета замерцала, укутываясь в свет Солнца, бьющийся за расплывавшимся горизонтом.

Выше, выше, выше! Пространство расплывалось, обретая неузнаваемые формы. Переливы красок сменили цвета.