Изгои Интермундуса

Закончив, девушка принялась возиться с повязкой. Бинты закончились, и ей пришлось разорвать свою рубашку. Я не сопротивлялся и ничего не говорил, пока она не поднялась с пола.

– Теперь пойдем дальше, – в сине-зеленых глазах появился какой-то безумный блеск.

Она понимала, что все тщетно, я видел, как в глубине этих глаз здравый смысл борется с нравственностью и с чем-то похожим на... любовь?

Да уж, конечно. Привидится же всякое на грани смерти.

Я сел, превозмогая боль, и попросил ее сесть рядом. Она выполнила просьбу, но то и дело оглядывалась на дверь.

– Дея...

 Повернулась. В глазах стояли слезы, делая их больше похожими на два драгоценных камня.

– Не плачь...

–Не плачу я, – возмутилась она, отвернувшись, и быстрым движением смахнула слезинки. – С чего бы? Все ведь будет хорошо.

– Эй...

Взяв девушку за подбородок, повернул ее лицо к себе. Как же это было знакомо: красный нос, растрепанные темно-рыжие волосы и сияющие глаза – как в первую нашу встречу.

– Будет… – я поддался вперед и неуклюже прикоснулся к ее губам.

Они были соленые, потрескавшиеся от жары и жажды, но этот поцелуй встряхнул меня – на мгновение мне даже захотелось жить.

– Теон! – Дея попыталась подхватить меня, когда я, совсем обессиленный, упал на темно-зеленый брезент.

Я закрыл глаза, думая, что это конец. Но нет... Прилив сил, что подарил мне это безответный поцелуй, перезарядил меня не хуже, чем новая батарея – старый «Северок». [Северок – советская переносная радиостанция «Север»]

– Все хорошо, – теперь это были не слова успокоения, а то, как я себя действительно чувствовал.

Облегченно улыбнулся.

– Только вот… – продолжил я, разматывая окровавленные обмотки – те, что были ее рубашкой – ты теперь одета не по уставу, из этого обратно рубаху не сладить...

Она будто не слушала – лишь пялилась на отсутствие раны на моем животе. Потом радостно вскрикнула – я вздрогнул, не ожидая такой внезапной смены настроения – и кинулась мне на шею.

Хотел сморозить какую-нибудь нелепицу, чтобы хоть как-то разбавить неловкость, засевшую в теле, но не успел – девушка  впилась в меня губами.

Я ответил на поцелуй, крепко прижимая ее к себе и всей душой желая, чтобы она стала частью меня...

Мотнув головой, пытаюсь выкинуть из головы, все, что так резко навалилось на меня две недели назад.