СТРАЖИ. Часть 1. Чистый и нечистый

А лицо… С таким лицом принимают неизбежную смерть. Но ведь эта опасность для нее уже миновала.

Тень легла на лицо Эфраима. Встав напротив незнакомки, он взмахнул рукой, чтобы привлечь ее внимание, и почувствовал, как все-таки тяжело ему здесь двигаться. Словно толща воды давила на грудь.

- Привет! – сказал он незнакомке. – Ты меня не знаешь, но я прибыл, чтобы помочь тебе. Ты понимаешь, что с тобой происходит?

Губы девушки задвигались быстрее, но глаза по-прежнему смотрели в одну точку.

- Как тебя зовут? – с надеждой спросил Эфраим.

Девица не отвечала. Эфраим растерянно оглянулся и посмотрел вверх. В ту же минуту из кустов слева от него на полянку выломился кряжистый взъерошенный мужик с веселым бешеным взглядом. Несло от него как из помойки, обильно политой спиртом. Выпучив глаза на Эфраима, мужик характерным жестом приложил два растопыренных пальца к губам и прогудел:

- Сигаретки не будет?

Эфраим откликнулся:

- Курить вредно. Лучше бросай. А то помрешь.

- Не учи курицу, ты, яйцо! Сам-то давно с наркотой завязал? Стоишь тут, с пустотой базаришь.

Разуй глаза: нет там никого! – обиделся мужик, и почесав клочкастую бороду, засунул руки в карманы мятых брюк.

- Сам знаю, что нет, – сказал Эфраим и, подняв руку, легко коснулся темени собеседника. В правом легком несчастного бомжа обнаружилась злокачественная опухоль. Если сможет этот человек что-то изменить - выиграет себе четыре года жизни. Если нет – помрет спустя три месяца под этими же кустами, отхаркиваясь кровью и безуспешно пытаясь встать.

Эфраим вздохнул и обратился к девушке.

- Ты понимаешь, что умерла? Тебя убили два дня назад. Я должен помочь тебе упокоиться, отправить тебя в рай.

Девушка приоткрыла рот и издала похожий на протяжное мычание звук. Скулы ее напряглись, и, словно борясь с зубной болью, она сказала:

- Он… Не хочет… Не отдаст…

Эфраим ощутил саднящее чувство в груди. Нужно торопиться. Он шагнул к девушке.

- Кто не отдаст? Твоя душа никому не принадлежит.

Девушка неразборчиво зашептала.

Острый слух Эфраима уловил только несколько фраз:

- Я… Его… Вещь.

- Ты ошибаешься. Давай поговорим? — как можно мягче произнес он и взял ее за руку. И тут же пожалел об этом. Его окатило мрачным, холодным потоком силы. В голове зашумело, спину пронзила боль, словно в позвоночник влетела молния. Эфраим пошатнулся, ощутив, как нечто большое и сильное зашевелилось в городе – голодное и ненасытное, оно хотело только одного: жрать. Вкусно и помногу, а еще – расти.