Глава Аиды. Часть 1

Стоило ифриту ступить на нее, как на стенах зажглись факелы, и к ним вышла Уна.

— Приветствую, господин Констант, князья уже ждут вас в большом зале, — сообщила секретарь ифрита из Верхней Аиды.

— Отлично, надеюсь, что хотя бы здесь меня не станут донимать подписанием документов. А ты, Лука, далеко не уходи. И, по возможности, ни с кем не разговаривай, — велел глава.

— Если кто-нибудь будет ко мне приставать, то прикинусь немым и глухим, — успокоил он.

Ифрит кивнул Уне, словно отдав немой приказ, и пошел дальше по коридору.

Лука потоптался на месте, выждал время, и, как только за мужчиной закрылась высокая дверь, тут же обратился к девушке:

— Почему ты назвала его Константом?

В ее глазах возникло недоумение:

— Потому что это имя господина в Инферно. С самого рождения он носит его, но в Аиде вынужден называть себя иначе. В мире людей проще воспринять имя Арсений Константинович, чем Констант.

***

— Итак, все в сборе. Можно начинать, — обратился Констант к присутствующим, уверенно шагая по мраморному полу к круглому столу.

— Констант, рад тебя видеть. Ты и сам прекрасно знаешь, что уже не первое столетие трон Инферно ждет своего хозяина, — проговорил высокий мужчина лет тридцати пяти, широкоплечий, с каштановым ежиком волос и гладко выбритым подбородком.

Все присутствующие были одеты в черные костюмы с различными красными элементами: у кого-то это был шелковый платок в петлице, у кого-то рубашка или тонкий галстук.

— Мы уже не впервые поднимаем данную тему, — осторожно добавил другой.

Из всех ифритов он единственный, кто обладал светлой, почти белой кожей и волосами мышиного цвета, собранными в длинную косу. Под его глазами залегли темные круги, а тонкие губы покрывали алые трещинки. От собратьев он отличался болезненным видоми хрупким телосложением.

— Киро, Аззера, я приветствую вас и прекрасно понимаю бессмысленность этого разговора, — Констант подошел к столу и присел на стул, остальные последовали его примеру. Ифрит окинул взглядом присутствующих.

По правую руку сидел Аззера, вечно слабый здоровьем и оттого мертвенно-бледный, рядом — его старший брат Киро. Этот ифрит был как настоящий огонь: вспыльчивый и горячий. Именно он потребовал, а не попросил, чтобы Констант немедленно прибыл в Инферно. Напротив сидели Данталион и Валефор.

Первый был по природе одиночкой. На вид холоден и неприступен, как скала, любил спокойный и размеренный образ жизни. Ни с кем, кроме князей, старался не общаться.