Глава Аиды. Часть 1

Вале хотел было его расспросить, но тот молча вернулся в залу, закрыв за собой дверь.

«Ох уж этот Данталион. Сам себе на уме. В шпионах он был бы незаменим», — Валефор присвистнул и отправился в ближайшую таверну пропустить пару пинт пива и насладиться обществом откровенных красавиц, хотя в его голове был образ только одной.

[1] Внебрачный ребенок — выражение, которое используется для описания человека, родители которого не состояли в законном браке на момент его рождения.

[2] Сады Бо́боли (итал.

Giardino di Boboli) — знаменитый парк во Флоренции, один из лучших парковых ансамблей итальянского Ренессанса.

[3] Палаццо Питти – один из главных музейных комплексов Флоренции.

[4] «Боже́ственная коме́дия» — поэма, написанная Данте Алигьери в период приблизительно с 1308 по 1321 годы и дающая наиболее широкий синтез средневековой культуры и онтологию мира.

Глава 3

Покинув Палаццо Питти, они прошли через сады и вышли к той части, где парк заканчивался и начиналась улочка с немногочисленными частными домами.

К одной из вилл Арсений с Лукой и подошли.

Готическое здание значительно отличалось от своих соседей: стрельчатые арки, затемненные окна-витражи, оплетенные сухими ветвями. Ещё большую мрачность ему придавали стены из темно-серого неровного камня. Во внутреннем дворе царило легкое запустение, словно домом и участком давно никто не занимался или вовсе там не жил. От сильного порыва ветра флюгер в виде перекрещенных стрел на башенке со скрипом закрутился.

Двор окружала высокая кирпичная стена, увитая плющом. Ажурные кованые ворота были без какого-либо намека на калитку. Ни тяжелого замка, ни ручки.

«Хм, как же мы войдем?» — Лу перевел взгляд на Арсения.

Ифрит подошел к центру ограды и приложил ладонь к кованой розе. От прикосновения, словно ток по проводам, разошлись вспыхнувшие синим пламенем линии. Створки скрипнули и отворились.

Гости вошли на участок, ступив на дорожку из черного мрамора, устланную сухой листвой. По обе стороны возвышались каменные фигуры горгулий. Работа скульптора была настолько искусной, что его творения выглядели живыми.

Сквозь тучи не пробивалось ни единого лучика, и место выглядело еще более мрачным, чем показалось Лу на первый взгляд, но при этом не теряло таинственной привлекательности.