Глава Аиды. Часть 1

«С такими повреждениями, да еще в Подземном мире, где воздух пропитан первородной тьмой, она должна была давно умереть. Что же все это время ее спасало?» — немного подумав, он обошел камни и через несколько минут вернулся со своим плащом. Однако девушки не оказалось на месте, впрочем, как и его собственного меча.

— Только попробуй шелохнуться, и я прикончу тебя… — прошептала она, прикладывая конец холодной стали к его затылку.

Констант ожидал чего-то подобного.

Резко присев, он сбил ее с ног и навалился сверху. Меч отлетел в сторону, порезав ему ладонь.

— Что ты здесь делаешь, архангел? Отвечай! Иначе отправишься к святому отцу, — прорычал он, сверкнув алой радужкой глаз. 

Девушка попыталась вывернуться из его стальных объятий, но у нее ничего не вышло, и она лишь застонала от боли из-за собственных ран. Видя, как бледнеет ее лицо, ифрит немного ослабил хватку.

— Ладно, неважно, почему ты здесь, важно, что ты спасла жизнь мне и многим из моих воинов. Я благодарен за это.

Ее серые глаза расширились от удивления:

— Не каждый день услышишь такое от князя Инферно, — прошептала она, теряя сознание.

Незаметно для воинов Констант перенес архангела в свой шатер. Положив ее на кушетку, он быстро занялся ранами.

 «У нее едва прощупывается пульс. Что же она здесь делает и почему сражается за нас?! Чертовщина какая-то…» — думал он, промывая одну рану за другой и стараясь перевязать их со всей осторожностью.

Самым ужасным было обрабатывать сильные ожоги, особенно те, что разъели плоть до самой кости.

Закончив с лечением, он укрыл тело шелковой простыней и вышел наружу. Вернулся князь уже с завернутыми в тряпицу светлыми доспехами и мечом.

Сколько Алегрия пролежала без сознания — она не знала, но услышав легкий звон, приоткрыла глаза и осмотрелась: за столом сидел тот самый ифрит.

Он сосредоточенно рассматривал ее доспехи и… чистил их!

Она попыталась нащупать на бедре меч, но поняла, что ни одежды, ни оружия нет. «В конце концов, что мне терять. Возможно, он захочет пытать меня или же сразу убьет», — решила она, сев на кушетке и обернув простыню вокруг груди. Ступни коснулись мягкого ковра, даря приятные полузабытые ощущения.