Глава Аиды. Часть 1

Девочка была обычным человеком, и ее время в Инферно шло иначе. День за днем ифрит замечал в ее теле быстрые изменения. Постепенно рукава платья и подол становились короче, лицо теряло детскую округлость, а глаза – былую наивность. Она слишком быстро взрослела, и маленькая клетка становилась ей тесной.

 «Конечно же, как я мог забыть такую мелочь. Ведь она по-прежнему человек, а для них время здесь течет иначе. Но я использую ее до последней капли».

До того как Констант решил собрать совет князей, Киро уже чуть больше года скрывал свое сокровище от посторонних.

Девочка жила затворницей в недрах его дома, даже Аззера никогда ее не видел и не подозревал, кто обитает вместе с ними, что не единожды заставляло губы Киро расплываться в довольной и непонятной брату улыбке. 

— Мы убьем Алегрию, — зашипел один из суриров, напоминая о плане и протягивая когтистую длань сквозь прутья. Черными глазами он глядел на лежащего на столе собрата, рядом с которым стоял Киро.

 — Убивать не понадобится.

Я уже все спланировал, — ифрит усмехнулся, вынимая иглу из вены эксперимента, а затем Эвы. — На предстоящем балу я позабавлю гостей хорошо спланированной драматической сценкой. Мне хочется лишь подстегнуть Константа и не более. А светлая Алегрия станет той жертвой, которую я принесу ради общего блага. Хватит жить в страхе, — процедил он. — Я устал от всего этого. Мне опротивело мое положение!

***

— Констант, мне до сих пор сложно поверить, что ты привел мальчишку-демона в наш мир!

— Вале, его сущность не предрекает нам конец света, — Данталион был само спокойствие.

Он сидел в кресле в кабинете собрата и потягивал вино. 

— И все же! — Валефор пылал возмущением, нервно прохаживаясь по кабинету, он чудом не сбил подставку с принадлежностями для камина.

Констант взирал на собратьев из-под полуприкрытых век. Здесь не хватало Киро и Аззеры, но из-за горячего нрава и недоверия первого Констант решил вначале поделиться с самыми близкими.

— Во-первых, Лука — мой ученик, — спокойно начал он. — А во-вторых… наследник.

— Что?! Это невозможно! — Вале усмехнулся, но серьезность в золотистых глазах Константа говорила об обратном. — Не может быть… — прошептал он обескураженно. — Что-то я не помню, чтобы ты подписывал договор о вступлении Луки в права наследования, если вдруг тебя не станет.

Данте свел концы пальцев вместе:

— Вообще-то подписывал.