Воздушный Стрелок. Книга IV. Наёмник

— Ты ведь хотел отпраздновать именины в кругу семьи? — Государь положил руку на плечо младшего сына и аккуратно развернул его в сторону гостей, покидающих трибуны под пристальным вниманием рынд. — Считай, что мы исполнили твое желание. Гости останутся здесь, а мы, как и следует по протоколу безопасности, отправимся домой, в Слободу, где нас ждут твои сестры и накрытый стол.

— Правда?! — Глаза младшего сына государя заблестели, и он, не сдержав порыва, крепко обнял отца. Благо в ложе не было никого, кроме них троих, а установленный Юрием щит надежно ограждал их от нескромных взглядов.

Так что сейчас царевич мог безнаказанно плевать на этикет. — Спасибо, отец!

Убедившись, что младший сын не видит его лица, государь бросил хмурый взгляд на своего наследника и, сосредоточившись, открыл окно во дворец.

— Сын, сделай все правильно, — подталкивая Юрия к линии перехода, произнес он и, заметив кивок цесаревича, скрылся в моментально захлопнувшемся окне.

* * *

Сознание вернулось рывком, в один момент. И это был не тот опыт, который я хотел бы повторить, поскольку вместе с ощущением реальности ко мне пришла боль, пронзившая все тело, словно электрическим разрядом.

Она была настолько сильной, что я не сдержал стона.

— Очнулся? — Голос, задавший этот вопрос, колокольным звоном отозвался в моей гудящей голове. В только что открывшихся глазах, и без того пострадавших от ударившего по ним режущего света, помутилось окончательно, и я еле успел перевернуться набок, прежде чем содержимое моего желудка хлынуло изо рта.

— Э, брат, да ты совсем плох! Чем вы его накачали?

— Бэ-двенадцать, стандарт для бескровного захвата. — Ответ на вопрос раздался откуда-то из-за спины. — Возможно, это личная реакция?

— Медика сюда. Пусть осмотрит, — бросил первый. Послышалось какое-то шуршание, тихие, но быстрые шаги, а еще через минуту меня, все еще скрюченного в позе эмбриона и мало что соображающего, окатило теплом знакомой еще по медбоксу в Беседах диагностической техникой. А после... я вырубился.

Во второй раз возвращение в сознание прошло без осложнений.

Не могу сказать, что почувствовал себя абсолютно здоровым, но и особой слабости я не ощущал. Хотя отголоски боли еще чувствовались.

Открыв глаза и убедившись, что меня окружает непроницаемая темнота, я ощупал себя и пришел к выводу, что тщательно подобранному Ольгой костюму можно помахать ручкой. То, во что я был одет, ничуть его не напоминало. Свободная рубаха вместо кителя, джинсы вместо бриджей и кроссовки взамен сапог.