Там, где моё место

Они вышли вместе, Сабир по инерции пролетел на несколько шагов дальше, но потом вспомнил, что это вроде как невежливо. Обернулся он как раз вовремя, чтобы заметить, как в отражении в непрозрачном стекле двери мелькнуло что-то желтое. 

Сабир проморгался. Нет, наверное, все же померещилось. Доктор Каннингем повернулся.

— Ты иди, а мне нужно еще вернуть папку в картотеку. До встречи, Сабир, — сказал он.

Они пожали руки, и Сабир поспешил вниз. На ресепшен уже вернулась девушка, которая на удивление сразу его узнала.

— Привет, Сабир! Если ищешь мисс Лесли и доктора Каннингема, так они сегодня волонтерят в больнице. Передать им что-нибудь?

— Как это? Но я только что видел доктора, — возразил Сабир.

— Хм. Наверное, как и ты, проскочил, пока я выходила, — сморщила носик девушка. — Забегай, если хочешь!

Сабир помахал ей и побежал на остановку, где уже нетерпеливо переступая лапами, ждал Айс. 

Глава 5

Он и сам не понял, как ложился спать в середине декабря, а проснулся двадцать четвертого, в последний учебный день перед рождественскими каникулами и день премьеры.

Сабир проснулся рано, даже Айс еще спал, устроившись клубочком в ногах. Просто резко открыл глаза, не пошевелив остальным телом, и сон как рукой сняло. Он тут же пожалел об этом.

Во сне над ним склонилась мама — упругие черные кудри выбились из-под платка, у нее родинка на виске, глаза улыбаются, и они такого же бездонно-черного цвета, как его собственные. Она воркует нежно, поправляет на нем одеяло, подается назад, а он тянет за ней маленькие пухлые руки.

Что ж, наверное, это хороший знак, что мама снится перед важным днем. Словно напутствие удачи из далекого прошлого.

Он оделся и спустился вниз, по привычке стукнув пару раз по дороге в закрытую дверь комнаты Адель. Ей нравилось завтракать вместе, а Сабиру так почти удалось отучить ее прятать еду. К тому времени, как она спустилась, потирая глаза, на столе уже стоял стакан сока и сэндвичи с ореховой пастой. 

Позавтракали в полном молчании, и в таком же молчании он шел в школу.

Сабиру было не по себе: на спектакль должны были прийти Пьер с Терезой после того, как заберут из детского сада Адель. Беспокоило еще и то, что доктор Каннингем так и не перезвонил, а без доказательств Сабиру нечего было предъявить Кэтчпоулам. Он понятия не имел, что делать дальше. По дороге он так переволновался, что даже не помнил, как прошли уроки, и как оказался посреди гримерки. Очнулся только когда Офелия похлопала его по плечу.