Свалка времени

Можно трогать, даже пользоваться, но нельзя ничего брать с собой.

Павел осклабился, проигнорировав просьбу какого-то штафирки.

- Положить, - спокойно сказал майор.

Павел с сожалением выполнил приказ.

- Если кто-то еще хоть раз проигнорирует указания проводника, лишится половины вознаграждения за экспедицию. Жить расхотелось? Как дети маленькие – Церпицкий отвесил Павлу затрещину. Тот воспринял ее как должное.

Максим попытался представить себе, как жили люди в этой квартире. Мысленный взор провалился куда-то в пространство.

Точно старая фотография в ванночке, проявилась картинка: молодая семья за обедом. Низенькая полная женщина в красном халате и высокий мужчина с темной щетиной на лице ели приправленный сметаной борщ. В кроватке посапывал младенец. Мальчик или девочка? С подоконника спрыгнул серый в полоску кот и, мурлыча, начал тереться о ногу Максима.

- Здравствуйте. Вы наш новый сосед? Как хорошо, что вы купили квартиру в нашем городе. Здесь неплохое место – тихо, спокойно. Чистый воздух – знаете, сейчас принято заботиться о природе.

Будем дружить семьями. Меня зовут Анатолий, а это – моя жена Лена. А вас как зовут?

Максим с трудом произнес свое имя. Его не покидало странное ощущение зыбкой грани, откуда нет возврата. Он едва балансировал, всеми силами стараясь удержаться и не стать «полноправным» обитателем города.

Лена вскочила с кресла и вдруг закричала странно знакомым голосом:

- Максим! Максим! Максим!

В ушах зазвенело, комната расплылась. Щеки запылали огнем.

Из мрака и тумана проступила фигура Олеси. Максим теперь лежал на лестничной площадке. Девушка что есть силы била его по щекам.

- Ты нас напугал, - Олеся смотрела испуганно. В ее глазах читалось что-то еще, кроме обычного беспокойства.

- Да,- покачал головой Церпицкий, - ты вытаращил глаза и свалился. Не дышишь, пульса нет. Мы совсем отчаялись тебя… разбудить.

- Вам не кажется, что нам надо отсюда убираться, да побыстрее? – Максим поднялся на нетвердые ноги и покинул дом.

Максим, не задерживаясь, пересек город и вывел группу к гладкому, словно недавно построенному шоссе.

Прямое и ровное, оно уходило в перелесок, за которым виднелось поле.

По этой магистрали Максим и повел группу туда, куда ему подсказывало неуловимое чутье. Он слышал гул невидимых машин и брел, как и положено пешеходу, по левой обочине. Олеся вцепилась ему в плечо и обреченно шла рядом. Церпицкий и братья-десантники спокойно вышагивали прямо по разделительной линии.