Свалка времени

Того самого, который так и не решился стрелять в проводника. И Максиму показалось: эта пара так подходит друг другу, что если разорвать фотографию надвое, ее половинки срастутся в единое целое сами.

- Положи меня в сырую, сырую землю…

Максим вернулся к себе и поднял с пола ружье. Откинул приклад и щелкнул рукояткой затвора, сняв оружие с предохранителя. Сунул дуло в рот и, ни секунды ни колеблясь, нажал на спуск. Ответом был лишь щелчок ударника.

Тогда Максим выругался и направил ствол в стену. Вспышка на мгновение рассеяла тьму.

- А! – закричал он, потрясая в окно ружьем. – Это ты не хочешь меня отпускать! За что? Чем я перед тобой провинился?

Но Зона осталась безмолвной.

- Я все равно найду способ! – Максим посмотрел на гранату в рюкзаке. – Нет. Не сейчас. Я уеду далеко! Туда, где ты меня не достанешь! И там…

Сквозь звон в ушах донеслась переливчатая мелодия. Кто-то настойчиво звонил в дверь.

- Вот дьяволы, даже застрелиться как следует не дают, - Максим открыл дверь и увидел Олесю.

- Я думала… не успела, - вымолвила она, не отрывая взгляда от дымящегося ружья.

- Почти, - только и ответил Максим.

Интерлюдия 3. Отдых на море. Глава 32. Чудесное спасение

Волна быстро приближалась. Рокот воды смешался с шумом перекатывающейся по дну гальки. Максим закрыл глаза и глубоко вдохнул. Бурный поток налетел плотной стеной, несколько раз перевернул и выбросил на берег.

Олеся расхохоталась и захлопала в ладоши:

- Ты как ребенок, честное слово! Такой смешной! Я так рада, что ты не поплыл к волнорезу.

У самого выхода из бухты, среди зеленых валов с белыми гребнями, темнела искусственная скала. Пожалуй, лезть на нее сегодня чересчур опрометчиво.

Новая волна гулко ударила в берег. Пенистый язык едва не унес резиновые шлепанцы.

- Кому суждено быть повешенным, тот не утонет, - Максим слизнул с губ соленые капли. – Да шторм слабенький.

Олеся накинула короткое платье поверх мокрого купальника. Достала откуда-то резинку, собрала волосы в хвост и повесила на плечо дорожную сумку.

Максим натянул шорты и футболку. Бросил прощальный взгляд на бушующее море, взвалил на плечи тяжелый рюкзак и побрел к железной дороге, стараясь не наступать на острые камни. Через пятнадцать минут он уже был на вокзале.

Первые три четверти пути тянулись целую вечность.