Лемминги

Употребляет, чтобы убежать от реальности, хочешь сказать? А про второго что видишь?

Болотный казался расслабленным, но вполне присутствующим.

— Ничего не вижу. Это странно. Всегда думал, что любое серьёзное опьянение нужно тем, кому охота сбежать, как ты сказала, от реальности. Но у этого парня другие мотивы.

Настюха сморщила лоб, что-то соображая.

— У второго чувака погоняло — Шаман. Он всегда говорит, что обитает в двух мирах одновременно, причём и по накурке, и так. Это может что-то означать?

— Я пока не знаю.

Для тебя в любом случае главное — позаботиться об этом первом. Суть в том, что он иначе погибнет. От веществ или нет — я без понятия, но по наклонной он уже катится. Вы же тут все друзья, спасите его, пусть он ощутит себя нужным в реальности, а не пустым местом.

Удивительно было вот так запросто стоять с незнакомой девчонкой и обсуждать самое странное и самое важное в жизни. Раньше такое случалось только в гостях у профессора, с другими — невозможно.

— Охренеть, конечно. Арт! — крикнула Настюха в сторону кухни.

— Где ты этого феномена подобрал? Ты вообще слышал, чё он несёт?

— Я занят. Что случилось?

Настюха утопала на кухню. После непродолжительного неразборчивого разговора она снова прибежала в комнату, уже вместе с Артом.

— Идём, чел, посидим с нами. Смотри, что у меня есть, — щебетала девушка. В руках у неё оказалась шоколадка. Настюха помахивала ей, как костью перед собакой. Лемминг приоткрыл пасть, издав невнятный скрип. Арт подхватил его за подмышки, заставляя встать, но зверь только перебирал конечностями, попискивая.

— Что «подыхаю»-то? Блин, Шаман, аккуратнее же надо, трубадур ядрёный. Сколько ты там забил ему?

— Ом-м... — загудел тот, кого назвали Шаманом. Он сидел с полуприкрытыми глазами, но Илье показалось, что человек этот куда трезвее, чем хочет выглядеть.

Косясь на Шамана, Илья пробрался к окну и открыл форточку: в висках стучало, как от сильной духоты. Тем временем, Насте на пару с художником удалось-таки вытащить лемминга из комнаты.

Послышался шум воды — вероятно, теперь ему устраивали холодный душ.

Когда они ушли, Шаман поднял голову. Cлегка расширенными зрачками с карим ободом он искоса взглянул прямо Илье в глаза.

Теперь Илья разглядел его получше. Выбритую голову Шамана украшала косица из пряди чёрных волос. Жидковатая борода, растущая в основном на шее, тоже свивалась в два коротких жгута, продетых сквозь сине-зелёные бусины. От сплющенного носа расходились еле заметные складки морщин.