Лемминги

Тогда он увидел граффити.

«Мир дерьмо, все люди твари, солнце штопаный фонарь», — рыхлыми чёрными линиями было выведено на изнанке стены.

Илья неодобрительно уставился на эту надпись. Почерк слегка расшатанный, но уверенный. Линии даже ровнее, чем на спортивных рисунках. Похоже, неизвестный автор — не случайный хулиган и уже неплохо набил руку.

А если сюда лемминг заберётся? Наверняка согласно кивнёт. Запомнит. Станет в уме повторять... Ох и прибавится ему тогда шерстинок!

Ну, Илья этого так не оставит. Значит, стены в тупиках и глухих закоулках.

.. Интересно, этот тип рисует по ночам или днём? Возможно ли его засечь?

Среди раздумий мерцала и звенела ещё одна мысль, но пока ещё слишком неуловимая.

Ломая голову над вопросами, Илья выбрался из зарослей на дорожку. Она отсекала пустырь от тихого двухэтажного квартала. А ещё на ней лежал мёртвый голубь со слипшимися и почерневшими перьями. Синеватый от вечера асфальт казался бархатным, он словно пытался укутать и согреть птицу накопленным за день теплом, но голубю уже было всё равно.

В эту минуту лишь тихо звенящая мысль и осталась.

Она была правильной. Но сложной. Ничего подобного Илья никогда не делал и делать не хотел. Но правильно было именно это.

Илья кинулся прочь и бежал до самой остановки.

***

Строительный рынок затихал. Только время от времени раздавался громкий рокот: в очередной лавке закрывали на ночь роллеты.

Лысеющий мужчина в шерстяном жилете сидел при будочке с краской и мелким товаром. Продавец привычно кусал пыльный ноготь и думал, стоит ли уходить домой.

Дома ожидали огромная пачка пельменей, телевизор и кривоногий Бобик, которого надо было выгулять. Но здесь как будто тоже что-то ждало. Вот не следовало уходить — и всё тут! Хотя кому и на кой может понадобиться краска в шесть часов вечера?

Др-р-р! Сосед одним махом спустил роллету к земле.

— Иваныч, ты как, идёшь?

Продавец прислушался к голодному урчанию своего живота. Пельмени...

— Щас, посижу ещё. Погода хорошая!

Через несколько минут к лавке подбежал парень в джинсовой куртке.

Сначала он, согнувшись, просто хватал ртом воздух. Иваныч не без удивления разглядывал хлипкого, взъерошенного посетителя: неужели покупать будет?

— Дайте... Вы ещё не закрываетесь?

— Не закрываюсь, не закрываюсь, — успокоительно сказал Иваныч. И полушутя добавил:

— Тебя дожидаюсь вот.

Парень даже не удивился, а лишь кивнул. Отдышавшись, он затараторил:

— Дайте, пожалуйста, баллончик краски, белой, пожалуйста.