Дети зимней стужи

Мальчик поставил на стол тарелку с нарезанными яблоками и, не сказав ни слова, ушёл на кухню.Мужчина не смог сдержать горячи разочарования, тяжело вздохнул, — он вновь невольно оплошал и ему было нестерпимо за это совестно. Ему хотелось попросить прощение, но, заранее зная, что сын его не станет слушать, удержался от подобного. Такого рода нежности, сын воспринимал с молчаливой неприязнью, а мужчина не хотел усугублять односторонний, бессловесный раздор.На пути к балкону возникла неожиданная заминка, которая, впрочем, не вызвала уже привычного раздражения.

Девочка, самая младшая из детишек, полностью забыв о фильме, прямо-таки вцепилась в ногу отца.— Папа, папа! — излишне громко, писклявым голосом, заговорила дочурка. — А скоро придёт добрый дедушка, зимушка-зима?— Не знаю, — ответил отец.— А он придёт? — вновь спросила младшенькая, взглянув на отца с искренней детской верой в глазах. — Он ведь не забыл о нас?Отец сдержался, не позволил себе тяжело вздохнуть. Он не мог пересилить себя и нарядиться стариком, — ужасно боялся не оправдать детских ожиданий. Догадывался, что не сумеет убедительно сыграть роль добродушного и щедрого старика.Не желая обидеть дочурку, мужчина сказал:— Не знаю, милая. Не знаю. — натянуто улыбнувшись, продолжил. — Будем надеяться на лучшее, и тогда, быть может, добрый дедушка зима...Он пытался быть весёлым, добрым, но и сам интуитивно чувствовал, что как актёр он совсем уж бездарен.Отец погладил дочурку по голове. Он боялся подвести её, боялся разочаровать, боялся. .. многого боялся и, точно пытаясь скорее сбежать, сказал.— Не печалься, ведь ещё есть время... ещё есть надежда!На кухне громыхнуло. Мужчина, не на шутку встревожившись, прислушался, в порядки ли там его любимые? Ни криков, ни жалобных причитаний не воспоследовало. Он догадался, что сын, вероятно, слышал его разговор с младшей девочкой. Сын был слишком вспыльчив, и, догадываясь, что отец обманывает глупую и наивную сестру, не смог удержать свой гнев. Мужчина это понимал, но, ничего не мог с собой поделать, — погладил младшую дочь по голове, а сам думал о наряде, который, вероятно, не станет надевать перед праздником. Он вообще сомневался, что примет участье в застолье.Несколько минут мужчина терпеливо, пытаясь не подать вида, слушал детский невероятно наивный лепет. Ещё раз, погладив её, сказал:— Сейчас будет самое интересное!И хоть дочурка ответила:— Я знаю, я знаю! — всё же она отпустила ногу отца.