Доля ангелов

Я правильно сказал? Да? Первый глоток взорвался во рту Ольги, как бомба, одним махом вычистившая из головы всю дурную муть и беспричинную хандру. Или это был уже второй? Ослепительная вспышка. И целый водопад звуков со всех сторон. Мир, казалось, был наполнен такими красками, для которых человеческие глаза совсем не были приспособлены.— Улей и сад, — сказала она вслух, вспомнив когда-то прочитанный роман.— Ох, блин... — слабо прошептал Толян. Он осушил свой стаканчик залпом и теперь привалился к прилавку, обеими руками схватившись за волосы.

— Это я столько времени зря...— Не зря, не зря, — успокоил его человек (или совсем не человек) без ботинок. — Ничего не зря. Дверь магазина скрипнула, и на пороге, стуча тяжелыми сапогами по коврику, встал пожилой мужчина с неровно, но старательно подстриженной бородой. Из кармана старенькой штормовки выглядывал уголок полиэтиленового пакета. Это был дядя Саша, он же Сан Саныч Урюпин, заслуженный механизатор на пенсии.— Весело тут у вас, — удивленно протянул Урюпин. — Празднуете что-то, или как? Мужик, а ты чего босиком-то? Внезапно его глаза расширились. Урюпин пару раз дернул головой и принюхался.— Едрить твою мать... Олька, твои духи, что ли? Хорошие какие! У моей, царствие ей небесное, такие были, я их любил шибко... Хотя постой, да какие ж духи-то? Вроде как коньячком потянуло, мне тесть как-то раз привозил такой, сказал, что французский, сорока лет выдержки... Или нет, постой... — бормотал пенсионер, не замечая, как рукой трет лоб и улыбается во весь рот, блестя золотыми вставными зубами.  Он глубоко вздохнул и подошел к прилавку.— Вот это накатило, вспомнил старое... Хорошо тут у вас! Оль, ты мне дай, пожалуйста, бутылку «Зубровки». Сегодня у меня годовщина свадьбы... хоть без жены уже. Бутылка стукнулась донышком о пластиковую салфетку на прилавке, но прежде, чем дядя Саша успел убрать ее в пакет, на бутылочное стекло легли худые пальцы крылатого.— Одну секунду, — тихо сказал он. Изумленная Ольга увидела, как золотистая жидкость внутри бутылки вдруг заискрилась, вспыхнула огоньками. И одновременно ее уровень понизился — примерно на толщину мизинца.— Это как так? — посмотрел на бутылку дядя Саша.— Вам понравится, — веско сказал босой и крылатый. — Сегодня вечером вспоминайте хорошее.— Обязательно, — покладисто согласился Урюпин. Еще раз посмотрел на самую чуточку опустевшую бутылку и спросил:— А это почему?— А это, — все так же спокойно ответил мужчина, — моя доля.