Твоё настоящее лицо

Но после уроков разговор вышел неожиданно коротким.

– Лесникову надо предупредить.

– О чём?

– Она следующая. Точно. Её ведь с тобой… – Антон кивнул, ещё раз мысленно обозвав себя олухом за то, что втянул девушку в неприятности. – Скажи ей, пусть не ходит после школы одна. Я слышал... случайно. После биологии. Денис с кем-то договаривался. Я без имён слышал, но… В общем… «Надо одной святой деве святость уменьшить». Они её тоже изобьют. А мне никто не поверит. Я уже пробовал.

– Я поверю. Согласен, учителям и родителям говорить нет смысла.

Принято.

Выйдя за школьную ограду, Антон взял под наблюдение калитку. Ворота и вторая калитка были закрыты, фамильяр проверил. Вряд ли Полина станет перелезать через забор, выйти она сможет лишь тут. Навязываться в провожатые не стоило, ещё не так поймёт и обидится. Ничего, умений Антона и Когтя хватит проследить издалека, убедиться, что девушка нормально дошла до дома.

– Коготь, мне не нравится это «святость уменьшить».

– Слушай, ну что ты как барышня из монастырского пансиона? Которая всё знает, но вслух ей сказать стыдно.

Логическая цепочка просматривается элементарная. Кто на уроке про непорочное зачатие говорил в отношении этой Полины? Всё-таки этот Денис очень ушлый мерзавец, и ничего не делает без двойного, а то и тройного смысла. Ну или тот, кто его за ниточки дёргает. Не бить её будут, а насиловать. Считай и намёк классу, и намёк жертве, и скандал посильнее.

– В смысле? Тут уже не просто хулиганство, тут уже тяжкое уголовное.

Не скроешь, вмешается полиция. Будет шум, даже если Денис отмажется.

– Чего неведомому хозяину и надо. Для Дениса, по крайней мере на первое время, алиби точно будет. Наверняка звонил он не напрямую исполнителям, а посреднику. Класс молчит и боится, теперь уже до обморока. Страсти кипят, эмоции бурным потоком. Состояние эйфории, невероятно чёткого ума, повышенных физических возможностей. Стенки канала укрепились.

– А дальше ба-бах.

А вот хрен ему. Так, Полина вышла. Идём за ней.

Слежку Полина соизволила обнаружить у самого дома. Ей оставалось пересечь двор, так что Антон замер на углу «коробки», провожая девушку взглядом. Полина сделала с десяток шагов, потом развернулась, посмотрела точно в то место, где парень укрылся за деревом и громко спросила:

– Заходить будешь? Я тебя ещё у церкви заметила.

– Про остальное не надо, – буркнул Антон, донельзя раздосадованный на себя.