Дозорный навсегда (Край поля за десять секунд до дождя)

— Она одним движением мизинца может сейчас развеять тебя по ветру! Даже если мизинец не ее собственный, а тот, отсеченный у трупа…»

— А все же, будьте так любезны, удовлетворите мое любопытство, сударыня! — внезапно расслабившись, с улыбкой предложил Епанчин. — Ну на кой вам какая-то девочка? Стоило ли ради сей скромной особы тащиться по снегу, в мороз?

— Какая-то девочка? — изогнула черную бровь красавица. — Да ты шутить изволишь, светлячок? А коли шутки твои мне не понравятся — не боишься?

— Вас, Арина Александровна, я могу бояться только в одном: уж больно вы хороши собой, дыхание перехватывает! Того и гляди — задохнусь от восторга!

Ведьма снисходительно дернула уголком губ.

— Язви, язва, язви! Вижу же, что в словах твоих, нарочито легковесных, много правды — нравлюсь я тебе.

— Нравитесь, — не стал отрицать Лёнька. — Да только роли это никакой не играет, увы.

— А что играет? Ты скажи, я, может, и исполню! В обмен на Анюту.

— Да что вам в ней?! — начал сердиться Светлый.

— Для чего она вам?

Прелестница в летнем платье невинно захлопала густыми длинными ресницами.

— Я же объяснила! Спасаю ее от незавидной участи!

— А откуда вы узнали, какова ее участь? — полюбопытствовал Лёнька.

— Да как же?! — озадачилась Арина. — Известно! Чай, в одном государстве обитаем! Срок подходит, Ингерманландец оголодал, скоро дань свою потребует. А в Симбирской губернии завсегда девицы чистотой и неиспорченностью своею славились…

— Постойте, сударыня! — потряс головой Леонид.

— Что за чушь? Про девиц, положим, я и сам знаю, поскольку сам из здешних мест. А вот эти все слова — срок, оголодал, дань — к чему вы их произнесли? Али простуда уже сказывается? Залихорадило вас, может быть? Бред начался?

Глаза Арины Александровны сузились, а потом перевела она их куда-то за спину Лёньке. Он обернулся и увидел стоящего в окне Гиацинтова.

— А ты даже не сказал ему, старый прохвост? — в голос крикнула ведьма.

— Что ж так?

— Всё он мне сказал, — успокоил ее Лёнька, сильнее сжимая кулак и оглаживая большим пальцем перстень с защитой. — Только вам о том знать не следовало бы. Откуда же знаете?

— Не первый год на свете живу! — насмешливо ответила Арина.

— А может, и не первую сотню лет, а? — пошло подмигнул ей Лёнька. — Знаю, знаю, слыхивал: для продления своей молодости и красоты используют ведьмы кровь девственниц.