Медицинская академия им. Макоши. Спецкурс

Внимание змеи, а значит, и старухи, досталось Зареславу, но мне не было стыдно: в конце концов, это его идея - похитить удачу. Князь обещал мне безопасность, вот пусть и держит слово.

Только… почему так заходится сердце? Почему до обморока страшно смотреть, как он обнажает меч, как, пригнувшись, ждет нападения? Почему дрожат ноги, и все вокруг затягивает дрожащая пелена? Почему я плачу?

Но переживать времени не было. Земля вздрогнула, и из-под гнилых стволов, из переплетения корней, из-под груд валежника полезла наружу нечисть.

Схватка началась в полной тишине, и лишь через мгновение воздух разорвали крики, шипение и лязг стали.

Зубастые карлики с перекошенными от злобы лицами словно не чувствовали боли. Мечи разили, разбрызгивая вокруг бурую жижу, которая текла в них вместо крови, но даже перерубленные пополам, они не успокаивались: куски продолжали шевелиться, руки с черными ногтями скребли землю, подтягивая верхнюю половину тела поближе к врагу, и вцеплялись в ноги, валя на землю. А там в дело вступали зубы.

Я стояла, не в силах пошевелиться, в желудке свернулся тугой узел, но тошноты не было. Было отвращение. И дикий, животный ужас.

Карликов было так много, что дружинники падали один за другим.

— Антонина! — резкий окрик привел меня в чувство. Нечисть не обращала на меня внимания, и Зареслав кивком указал на щель в дереве, одними губами прошептав: — Достань!

Сам он до сих пор занимался старухой. У змеи была хорошая реакция, а сморщенное, древнее тело оказалось очень шустрым.

Получив поддержку от карликов, эта парочка имела все шансы остаться в живых.

Если только я не успею раньше!

Под ногой предательски хрустнула ветка. Её острый конец пробил толстую кожаную подошву сапожка, впившись в ногу. От боли в глазах потемнело, я даже не поняла, что кричу. Зато вопль услышала старуха. Застыла на мгновение, раздувая ноздри, а змея завертела головой, ища источник звука.

Это промедление стоило им жизни. Взмах клинка - и треугольная голова падает в гнилую лесную подстилку, чтобы через мгновение слиться с ней навсегда.

Тугие кольца на шее ослабевают, одно за другим скатываясь по поникшим плечам. 

Старуха захрипела, схватившись за горло, словно дышала благодаря змее, и упала на колени, затем на бок. Несколько судорожных движений, и плоть пылью осыпалась с костей, а потом и они растворились, оставив небольшое белесое пятно.

Карлики, пораженные случившимся, заверещали и бросились врассыпную.

— Скорее! — Зареслав кинулся к дуплу.