Пастуший рог полесского ветра

- Я человек! – сердито ответил парень, и повторил, словно сомневался: - Человек! Смотрите, я крест ношу!

Он полез рукой за пазуху и показал серебряный крестик на цепочке. Снова мелькнули блестящие, покрытые одним сплошным шрамом, ладони.

- Отстань от меня! – крикнула Лиска, заливаясь слезами.

Она бросилась прочь по безлюдной пока что, утренней улице, и парень отстал – постеснялся бежать следом.

- Он вам украшения дарил? Они в навоз и гной превращались? – крикнул он в спину и Лиска остановилась.

Чуть подумала, развернулась и пошла назад.

- Ну а вам-то какой резон? – неприязненно спросила она.

- Я не могу этого сказать, - произнёс парень, отводя в сторону яркие глаза. – Лгать не хочу, потому что батька лжи – сатана, а правда вам не понравится, да и мне она нравится не особо. Но я в самом деле хочу вам помочь. И могу.

- А что от меня надо?

- Можно я у вас во дворе переночую? – чуть подумав, спросил парень.

Лиска тоже немного подумала.

- Я Лиза, - сказала она затем. – Елизавета Петровна.

- Как царица? – парень впервые улыбнулся.

У него были крепкие, ровные, чуть желтоватые зубы. И представляться он не собирался.

- Ну, идём, - пригласила Лиска, вновь направляясь к своей калитке.

Парень остался стоять на месте.

- Что?! – Лиза наморщила лоб.

- Я вечером лучше приду. Сам. Вы не бойтесь.

- А сейчас у тебя что, дела? – иронично полюбопытствовала Лиска.

Он с досадой отвернулся. По виду ему и двадцати ещё не было. Что-то в его облике вызывало жалость, возможно, руки, которые он прятал в карманах, или взгляд исподлобья, как у зверя, готового удрать или напасть, а что-то – удивление.

Лицо у него было с правильными чертами, прямой нос и красиво очерченные губы, подбородок и щёки покрыты густой рыжеватой щетиной, которая вырастает у светловолосых мужчин, если они несколько дней кряду не побреются. Возможно, без неё он выглядел бы ещё моложе. Он мог бы быть младшим Лизкиным братом, если бы она сама не была младшей у матери. Левое ухо было проколото, в нём поблёскивала крохотная серебряная серёжка, однако, острижен был коротко и на неформала не походил.

Парень проследил её взгляд и пояснил:

- Я одынáк1.

Прозвучало многозначительно. Всё-таки он был смешной и Лиска улыбнулась чуть ли не впервые за месяц.

- Колечко скрашивает твоё одиночество, помогает и поддерживает?

- Ещё скажите, что я старый зверь! – фыркнул парень и, кажется, снова обиделся. – Я один сын у матери. Что не ясно?

- Идём, я тебя покормлю, - сказала Лиска.

И он пошёл.