Пастуший рог полесского ветра

Перед глазами поплыли разноцветные круги, тысячи запахов ударили в нос и закружили. Тысячи звуков наполнили уши. Заломило голову и спину, огнём запекло в каждой клеточке. Это, неотвратимо, как оползень, нахлынула и затопила память тела. А потом всё исчезло и стало как раньше. Как много лет назад…

- Стой, где стоишь, заклятый, - тихо сказала она, поднимаясь на ноги. – Иначе пожалеешь. Я тебе не потерча и не мавка...

***

Край серого, затянутого тучами неба, слабо осветился восходящим солнцем, холодный свежий воздух стал прозрачным.

Антипка остановился у богатой хаты, обнесённой красивым кованым забором на замке, подумал, зайти или нет. Заходить почему-то не хотелось, поэтому он просто взял тонкую веточку, поглубже запихнув её в замок и сломал. Постоял ещё немного, и вдруг стал теребить замок, всячески стараясь вытащить веточку назад. Та, разумеется, застряла, и не хотела поддаваться. Тогда Антипка, пользуясь острым когтём как отвёрткой, отвинтил болтики, разобрал замок, тщательно выбрал все кусочки древесины, продул и собрал назад, после чего с изумлением уставился на исправленный им механизм.

Он зачем-то вернулся к колодцу, постоял там, почесался, вздыхая, потом свернул в переулок, ведущий прямо к небольшой сельской каплычке, и побрёл, сутулясь и хромая.

У церковной ограды Антипка остановился, положил на землю мешочек для трудов и обеими руками схватился за прутья, да так, что поросшие черным волосом пальцы побелели.

- Помилуй мя, боже, по великой милости твоей, и по множеству щедрот твоих очисти беззаконие мое, - скороговоркой произнёс он, упал на колени и заплакал.

- За что же мне такая доля, что я хуже всех на свете, даже самой распоследней собаки? Зачем я такой? Почему ты меня не ангелом, или даже человеком не создал? Зачем я кидаю каждого, кто мне встретится? Сколько, господи, мне ещё ходить по земле? Может, хватит уже? Найдутся другие, кто послужит.

Каплычка молчала, кругом было тихо.

- Смертию смерть поправший, ведь я всё понимаю, - бормотал Антипка и гулко бился лбом в ограду, слёзы градом катились по его лицу, - Я не прошу всепрощения, знаю, что не будет мне его.

Но сжалься надо мной, вседержителю, ведь и я твоя тварь, как и всё, тобою созданное. Позволь мне хоть в пекло вернуться! – крикнул он.

На сырую землю упали первые крупные капли дождя.

- Дай мне забвения, господи! Не могу-у-у больше я-а-а! – тихо провыл Антипка, вжимаясь лицом в ограду. Небесная вода хлынула ливнем.