Попутчики

А то, что сакрального в этом опыте оказалось не больше, чем в зачёте по физкультуре – так разве это не было очевидным? И то, что этот опыт хотелось не просто смыть – содрать вместе с кожей, впитавшей чужие прикосновения, чужой пот, чужое дыхание, – разве это не было предсказуемым результатом и справедливым наказанием?

Воспоминание обдало липким холодом. Вот всё, что тебе дозволено. Хочешь – возвращайся к Джо. Извинись, порыдай на плече, укради клочок нежности и успокой совесть, отдав взамен то, чего он хочет.

Только не забудь приготовить пару колкостей напоследок. Ритуал должен быть соблюдён. Связи должны быть оборваны.

Зимогорье пылало в лучах заката, и Мэй пыталась согреться этим огнём, жадно вглядываясь в него сквозь пелену глупых слёз. Мягкая рябь черепицы, тёплые волны цвета – кофе, коралл, апельсин, янтарь… Контрастные тени на стенах – красно-коричневый кирпич вспыхивает кровавыми полосами, старое дерево кажется почти чёрным, последние блики солнца превращают окна в огненные фонари…

Она вдруг с холодной ясностью не просто осознала, но почувствовала всем своим существом, что всегда будет одна.

И хорошо, если это «всегда» продлится недолго. Да, хорошо бы оно продлилось недолго. В конце концов, какой смысл…

– Шоколадное или клубничное?

Мэй показалось, что она ослышалась. Что ветер запутался в листьях, обманул, зашептал по-человечески. Здесь никого не должно быть. Уж точно не во время праздника, на котором только-только началось самое веселье. Никто не захочет это пропустить…

За спиной многозначительно кашлянули.

Мэй осторожно обернулась и чуть не застонала от досады. Нет, этого просто не может быть. Чтобы из всей университетской толпы, из всех, кто мог случайно забрести в дальний угол зимнего сада…

– Ты.

Она постаралась собраться, вернуть разлетевшееся вдребезги самообладание.

«Почему именно ты?!»

– Привет, Мышь. – Попутчик шагнул вперёд, и его улыбка осыпала Мэй разноцветным конфетти. – Так всё-таки: шоколадное или клубничное?

Два рожка с мороженым в его руках казались самым сильным искушением, с каким ей когда-либо приходилось бороться.

Нет. Нет, нет, нет. Пожалуйста.

– Кажется, у нас был уговор. – Она всё-таки смогла произнести это достаточно твёрдо, но Попутчик и бровью не повёл.

– Я помню, – кивнул он. – Но случайные встречи – они такие… случайные. Вот так идёшь мимо, никого не трогаешь…

– Идёшь мимо с двумя рожками мороженого, – фыркнула Мэй. – Ну конечно.