Осколки моря и богов

Откуда знает? Вроде Яна никогда не выходила на связь со Следящими. Городовой — и тот заставляет её нервничать. А Следящие правят бал по всей стране. И Городовые не смеют их ослушаться. Что-то тут не так. Но и прямо не спросить.

— Дело в земле, — сказал Следящий. — Берег. И чужая могила. Колесник должна найти её.

— Чужая? — всё же не выдержал Грабар. — В каком смысле? Сколько ей лет и…

— Много, — спокойно ответил тот. — Очень. Азовское море — древнее. Насколько — представить страшно. Каргалук, Темеринда, Меотида, Бахр Аль-Азуф, Балысыра, Балык-Денгиз… Мне перечислять всё?

Грабар отрицательно помотал головой.

То, что у Азовского моря была тьма названий и тьма народов, живших на его берегах, он знал. Но как в такой толпе отыскать чужих?

— Все там оставили свой след, — продолжил Следящий. — Но силы, которые сейчас проснулись, не относятся ни к кому из обитателей прошлых веков.

Уже что-то. Каракурт вдруг резко поднялся по руке Следящего и замер на плече. Грабар невольно дёрнулся назад.

— Кто мог их разбудить? И какого рода эти… силы?

Следящий поднёс к губам указательный палец, призывая к молчанию.

Олег замер.

— Давно ли ты раскладывал свои карты, Читающий Сны?

Грабар оторопел от такой смены темы. Однако понял, что надо отвечать. На самом деле карты снов — дело муторное и местами страшное. Поэтому и обращались к этому методу редко, когда уже не было иного выхода.

— Давно, — ответил он ровным голосом.

Следящий кивнул, медленно и отстранённо:

— Хорошо. Значит, силы почём зря не тратил.

Вызывай Колесник сюда. Там сейчас делать нечего. Я хочу её… видеть.

Грабар потерял дар речи. Приказ противоречит распоряжениям Городового. Но… Следящий выше по рангу. Значит, Городовой не будет против.

Получилось только кивнуть. Хотя на языке крутился миллион вопросов.

— Нужно посмотреть сны одного существа, — невозмутимо сказал Следящий и вдруг щелчком пальцев сбил каракурта со своего плеча. Тот слетел в мгновение ока и завис в воздухе, прямо перед лицом Олега.

У Грабара остановилось сердце.

Паучьи лапы почти касались его щеки. Руки заледенели. Дыхание вырвалось с хрипом.

— Поэтому завтра вечером она должна быть здесь. — Следящий улыбнулся. И в сравнении с этой улыбкой зависший рядом паук показался игрушкой. — Это приглашение, Олег Олегович. Но отказы не принимаются. Вы меня поняли.

— Да, — прошептал Грабар одними губами, не смея шевельнуться.

Снова улыбка. Чуть мягче предыдущей, но ещё не добрая и далеко не ласковая.

— Вот и славно.