Будь моим Пассажиром

- Шляется по Нижнему городу и еще говорит, что чего-то боится. Чего боялся-то?

Вадик смутился. Рассказы Валерки вдруг показались чем-то ужасно детским, вроде страшилок из летнего лагеря в соседнем комплексе. Но парень явно ждал ответа.

- Ну это… что вы так просто к себе не принимаете и надо пройти проверку, типа даже убить кого-нибудь…

- Ага, ритуально принести в жертву и выпить на могилке стакан бензина, - фыркнул парень. Вадик почувствовал, что краснеет. – Знаю я эти сказки, могу еще с полсотни рассказать, если интересно.

На самом деле, единственное, что в этом всем правда – так просто мы действительно к себе не принимаем. Если ты к нам – то это с концами.

- У нас говорят, что вы все чуть ли не бессмертные, потому что вроде как отдали душу дороге, - сказал Вадик и смутился окончательно. Но на этот раз парень смеяться не стал, а задумчиво проговорил:

- Хм, а вот такой сказки я не слышал, и она мне нравится. В чем-то так оно и есть, пожалуй. Жить лично я планирую вечно, и пока все идет хорошо.

А душу в пятом классе Сатане на резинку променял, - снова фыркнул он. Вадик тоже рассмеялся. Но парень уже снова посерьезнел:

- Ладно, шутки шутками, а у нас дорога и правда в один конец. Если ты реально хочешь к нам – из города ты исчезнешь. Вообще. Насовсем. Старых знакомых ты больше не увидишь, а если однажды и встретишь – они сами тебя не узнают. Ты готов к такому? Если нет – ничего тебе не будет, я провожу тебя до безопасного места и исчезну. Подумай.

Вадик задумался. Это что же, все равно больше не будет посиделок в парке с ребятами, болтовни о машинах и баек про ужасы за пределами Верхнего города? Не будет Валерки и Макса? И дуры Верки? И помешанного на девчонках Руслана? Вообще-то они прикольные ребята, и что – их уже не будет? И они никогда не узнают, что он встретил настоящего Внешнего? Но ведь сам-то этот Внешний – будет! И настоящие машины! И может быть, даже он сам однажды сядет за руль! И никакого Никитоса и Болгарии!

- Я готов, - решительно сказал Вадик.

– Я не хочу возвращаться.

- Значит, так тому и быть, - кивнул парень. – Как тебя зовут-то, чудо?

- Вадим. Можно просто Вадик.

- А я Леха. Но чаще меня зовут Птаха.

Вадик невольно хрюкнул – уж очень не вязалось прозвище Птаха с парнем выше него на две головы и шире в плечах раза в три. Но как же Валерка говорил, что у всех Внешних прозвища по маркам машин?

- На самом деле, так зовут мою машину, а по ней уже меня, - словно прочитав его мысли, сказал Птаха.