Дом у перекрёстка

Четверг

Соседи Лёхе Ковырдину попались неспокойные. То ли по жизни Лёхе так не везло, то ли полоса такая пошла, да только вот уже пару месяцев ему приходилось делить квартиру с Коробом и Шурупом.

Вылетев из студенческой общаги за «аморалочку» и пьянство, Шура Невструев и Павлуша Коробейников, быстренько нашли объявление о сдаче жилплощади в коммунальной квартире и, собрав свой скудный хабар, перебрались во вторую комнату пятой квартиры. Поначалу Ковырдин даже обрадовался — не придётся платить за обе комнаты одному, но Короб и Шуруп за первую неделю своего пребывания в коммуналке успели достать до печёнок не только его, но и остальных соседей.

Во-первых, следуя принципу «всё вокруг народное, всё вокруг моё», вечно голодные студенты беззастенчиво могли отъесть супу, доходившего на плите без присмотру, отпить чужого чаю или кофе, откурить сигарет и закатить за трон пару рулонов туалетной бумаги.

Во-вторых, оба они вели ночной образ жизни. С рассветом окно в их комнате занавешивалось плотными шторами, но к ночи оба упыря, как их именовал Лёха, выползали из своего прокуренного склепа и, в лучшем случае, сваливали на тусовку.

Возвращались только под утро, топоча по коридору, как стадо диких бизонов. Бывало, что пропадали на вписках по нескольку дней. Хуже, если оставались дома и всю ночь рубились в компьютерные игры, ржали, постоянно дымили сигаретами, и будили Лёху, чтобы стрельнуть денег, когда эти самые сигареты кончались. Как при этом они умудрялись не вылететь из института, для всех оставалось загадкой. Даже для деканата.

Именно по причине ночных бдений, ранние утренние побудки оба горе-студента страсть, как невзлюбили. После кухонного инцидента с Клавдией, деталей и обстоятельств которого Лёха так толком и не узнал, будильник стал подвергаться диверсиям Шурупа и Короба, едва ли не каждый день. Они так на него ополчились, что Петров стал задаваться вопросом, — а не в преступном ли сговоре эти двое с вышеупомянутой Клавдией?

Вот и сегодня, в четверг девятого апреля, утреннюю побудку шайтан-рында не отбила.

Надо сказать, что к четвергам, особенно тем, на которые выпадало девятое число месяца, Петров относился весьма подозрительно, ибо именно на эти дни у него выпадало множество крутых жизненных виражей, и он предпочитал тихонько отсиживаться у себя. Взглянув на календарь, он всё-таки собрал волю в кулак, и отправился будить Лёху вручную.

Получив вместо благодарностей вновь онемевший будильник, Петров проследовал за соседом, держащим курс на сортир.