Проклятье живой воды

Откуда ей было знать, какие корабли и куда отходят из порта? Она даже близко к гавани не подходила! И газет не читает, чтобы там узнать новости… и вообще, в ее мире не принято интересоваться тем, что находится за его пределами. 

Газеты… что там кричали мальчишки-газетчики на перекрестке?

- «Принц Рудольф», - вспомнила она. – Кажется, такое название… Сын так мечтал… увидеть дальние страны… 

- Принц, значит… - чистильщик кивнул, склонив голову набок, словно ответ его совсем не занимал.

В свете того, какая болезнь интересовала этого человека, пожелание звучало зловеще. 

Заперев за страшными гостями дверь, Верна без сил привалилась к ней, переводя дух. Сердце стучало где-то в горле. 

К ним приходил чистильщик, и он вел себя так, что становилось понятно – про едкий запах он знал прекрасно и наверняка отличал «аромат» мутантов от вони отравы для насекомых. Кроме того, где это видано, чтобы в бедняцких кварталах травили блох, тараканов и клопов? 

Но, как бы то ни было, на какое-то время их с Виктором оставили в покое.

- Ты не бойся, сынок, - прошептала Верна, хотя догадывалась, что сын никак не может ее услышать. – Я тебя не оставлю. И никому не отдам!

Глава 12

ГЛАВА 12.

Сэр Генри был в библиотеке, когда к нему заглянул лакей. И по тому, как тот замялся в дверях, переминаясь с ноги на ногу, как кусал губы, что немыслимо для вышколенного слуги, граф Фрамберг понял, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

- Что происходит, Джон? 

Всех лакеев в их дома всегда звали Джонами или Мэтью, чтобы не путаться и не тратить время на запоминание новых имен. Точно также все горничные звались Мэри, а камеристки жены и дочери – Джейн или Джен. 

- Сэр, - Джон облизнул губы и продолжил уже спокойнее, - там прибыл… отряд зачистки. 

- Что?

- Чистильщики, сэр! 

Газета, которую просматривал сэр Генри, внезапно показалась ему такой тяжелой, словно каждая буковка была не отпечатана, а отлита из свинца и приклеена к бумаге.

- Чистильщики? Откуда они взялись?

- Не могу знать, сэр! – лакей вытаращил глаза, расправляя плечи и замирая по стойке «смирно». Впрочем, что с него взять? Типичный служака, ничего не в состоянии понять и уяснить, кроме своих обязанностей.