Есть ли у города душа? (первый черновик)

Он скалился, глядя на темную фигуру, медленно поднимавшуюся из-за надгробия, украшенного фигуркой плачущего ангела.

«Ловушка!» – мелькнуло в голове у Тома. Словно в ответ на эту мысль в поле зрения начали появляться все больше и больше фигур. Они выступали из-за деревьев, из-за надгробий, выскальзывали на дорогу, и хватило каких-то полминуты, чтобы Том и Рыжий обнаружили себя в окружении. Темные фигуры не пытались приблизиться, но стояли сплошной стеной и смотрели безглазыми лицами, чего-то ожидая.

Среди них, одинаковых, неприметных, выделялась лишь одна темная фигура – изодранная, со следами зубов и когтей. Последние сомнения покинули Тома. «Точно ловушка! Будут бить!».

Он открыл клапан кобуры, но что здесь могли сделать пули? Том посмотрел на Рыжего и поймал его взгляд. Ему показалось, возможно, только показалось, но во взгляде этом читалось: «Будем драться до конца!».

И Том согласно кивнул. Какой им оставили выбор?

– Не нужно оружия! – Афанасия, также попавший в окружение, замахал руками.

– Прошу не волноваться! Вам никто не причинит вреда! Успокойте собаку. На вас никто не нападет! Инспектор Ронов, позвольте представить вам «Союз теней».

Том слушал его, но не переставал оглядываться. Тяжело верить любым миролюбивым заверениям, когда ты окружен. Одно лишь утешало: он не рухнул на землю, дрожа от страха. И если уж придется драться...

– Инспектор? Вы меня слышите?

– Пусть расступятся! – сказал Том.

Темные фигуры отступили – точно отхлынула волна. Теперь они стали не сплошной стеной, но частоколом, и Том с удивлением для себя отметил, что все они были не такими и одинаковыми, как показалось сначала. Одни выше, другие ниже, тоньше, полнее, с более вытянутыми и короткими руками. Объединяла их лишь общая плоскость, безликость и темный до непроглядности цвет.

«Почему я раньше этого не замечал?».

Том мягко пихнул Рыжего коленом в бок, и тот мгновенно заглушил рычание, но скалиться не перестал.

Из ряда темных фигур, выступила одна – высокая.

– От имени «Союза» будет говорить старшая доверенная тень, – голос Афанасия был почти торжественным. – Повторюсь: вам ничего не угрожает, инспектор, уберите же вы руку от оружия. С дозволения достопочтенных собравшихся я, Афанасий Рожденный, старший смотритель Городского кладбища, выступлю в качестве переводчика. Есть ли возражения?

Возражать никто не стал.