Если только захотеть...

Всем казалось выражение его лица слишком агрессивным, но я-то знал, что Александр Фёдорович был добр, как никто другой. Просто он очень любил работать и не спешил считаться с чужими мнениями, прежде чем все посчитаются с его собственными мыслями. Александр Фёдорович не хотел уходить на пенсию, даже когда его возраст вышел очень далеко за пределы пенсионного, но, как только работника всё-таки туда отправили, он пожил всего около половины года.

На небольшом стульчике сидел вертлявый мальчишка. Его имени я не знал, они с мамой жили в соседнем подъезде.

Мальчишка всегда был более чем активный, даже просто пробежаться по двору не мог без крика. Видимо, не любил он также смотреть по сторонам. И какая-то блатная иномарка оборвала радостные крики мальчишки навсегда.

Его мама, сидящая рядом, тоже была не из робких людей. Занималась, то ли бизнесом, то ли правовыми вопросами. Но после случая с сыном моментально потухла и окончательно угасла месяца через два.

Очень много людей занимало места за огромным столом.

Они звали меня к себе, звали о чём-то вспомнить или что-то забыть. Но девушка с чёрными глазами сильно сжала мою руку и очень спокойно сказала: «Ничего этого нет, и не будет. Это только твоя память. Ты остался там, где тебе незачем оставаться, и твоя память осталась с тобой, хотя вам уже не по пути». Она попросила меня почувствовать миг, который мог бы стать для меня первым и единственным мигом новой жизни. Она попросила меня создать эту новую жизнь. И я тоже стал жить вдоль одного мига. Но, потом оказалось, что я могу менять направления времени по своему желанию.

 Понимаешь, Максим, я до сих пор не чувствую того, что я умер. Я мёртв, но живу и как живой, и как умерший. Ты же, напротив, жив, но не можешь вернуться к жизни…»

***

Семен замолчал и посмотрел в сторону фигуры, закутанной в тёмные одеяния.

- Максим, – сказал он, – это она, та девушка. Она помогает таким, как я не потеряться в мире сошедших с жизненного пути. Помогает не разлететься по частям, по эмоциям и чувствам, которые порой могут разорвать бесплотную оболочку нового человека в память о прошлом бытие.

Она помогает отдать наблюдателям то, что нам уже не нужно и сохранить то, что необходимо.

- Она… поможет и мне? – нерешительно спросил Холодов.

- Нет, Максим, – печально ответил Семён, – тебе она не поможет. Но вовсе не потому, что не желает. Она хочет и жаждет помогать нам. Но не может. Люди называют эту девушку Смертью, люди бояться её, но не знают, кто она такая.