Если только захотеть...

Существо из другого мира, абсолютно другого мира, мира, где чудеса и желания имеют больший вес, чем обыденное существование. Она из мира, где есть всё, кроме вечной жизни. И она создала необыкновенное чудо, нашла дорогу к вечной жизни для своего мира. Но она была строго наказана вершителями, сослана в наш мир, но в тюрьме своего тела. А существа из её мира, Макс, практически не могут жить в нашем, они чувствуют нестерпимую боль, ощущая всё, что привычно для нас. Но жить в нашем мире она будет вечно, если только не произойдёт новое чудо.

А я, Макс, если честно, так привык к ней, что уже не могу без неё, но от этого ей ещё больнее.

- Но, всё же, – спросил Максим, – почему бы ей не помочь мне, если боль её и так нестерпима.

- Она чувствует боль, но может помогать умершим людям, но с живыми у неё не должно быть никакого контакта. Иначе она испытает такую боль, которая может испепелить весь наш мир.

***

Максим вышел за дверь. В подъезде было пусто и тихо.

Снаружи его ждали наблюдатели – серый конвой человеческого мира.

Внутри сидела Смерть, которая даже не могла забрать его.

Впереди была вечность.

Что могла подарить она Максиму?

Нереальный разговор с Богом или Создателем, как называл его Семён?

Ответы на вопросы, которые нужно ещё определить для себя.

Но Максим глубоко вдохнул воздух, которого здесь не могло быть, и он почувствовал:

«Меня тоже здесь быть не может, но я есть, как ни крути…»

Единственный живой человек в мире застывшей жизни.

В мире вечности одного мига.

Эпилог.

- Смешно, не так ли? – неожиданно кто-то спросил Максима, хотя тот был готов поклясться, что секунду назад в подъезде не было ни одной живой, как и мёртвой, души.

Потому он не решился открывать глаза.

«Дежа вю», – подумал он, вспомнив о том, как он точно так же не решался взглянуть на мир, когда завис над асфальтом во время падения из окна.

- Тебе есть чего бояться в этой застывшей жизни? – произнёс собеседник, после чего Холодов решил открыть глаза. Прислонившись к противоположной стене, прямо на полу восседал человек в клетчатой рубашке и потёртых джинсах.

Наверное, этот человек забыл о существовании бритвы или не смог найти её в этом времени, так же, как и расчёску. Вид у мужичка был, проще говоря, более чем запущенный. Но почему он внушал доверие, необыкновенное спокойствие излучал весь его образ.

- Ты хотел поговорить, помнишь? – спросил человек, и Максим вспомнил.

- Ты… Бог? – неуверенно прошептал он, заранее открывая рот для последующего восхищения.