Про пряности, снег и трели ветра (путевые заметки странника по мирам)

Городок был таким небольшим, что казался островком посреди изумрудного океана разнотравья.

Кошка первой скатилась с холма и целенаправленно юркнула между прутьев деревянной ограды, исчезнув в раскидистых кустах малины. Мне же пришлось идти ко входу, и хотя ворота были любезно распахнуты, я не заметил поблизости ни указателя, ни таблички с названием. Не было и стражей порядка или праздно шатающихся горожан, однако я не придал этому особого значения.

Мы с Мару свернули на первую попавшуюся улочку. Городок вызывал в душе какое-то смутно знакомое чувство.

.. что-то из далекого детства, образ-воспоминание. Такие городки часто изображают на открытках — светлые, чистые, где на окнах всегда стоят горшочки с геранью, а в садиках розы обвивают качели. Где на лавочках, на скатах крыш, на заборах и просто в лужах солнечного света греются кошки.

Кошки и впрямь были повсюду: лежали на заборах и крышах и грелись в лужах солнечного света, подставляя спинки и животы теплу. Рыжие, белые и черные, пушистые и короткошерстные; такие, которых хотелось прижать к себе и тискать, и такие, что оцарапают и смерят тебя надменным взглядом, если посмеешь помешать их сну.

Дорогу в метре от меня перегородила целая процессия: черная ладная кошечка с выводком котят разного цвета. Мы с Мару остановились. Малыши, подражая маме, задрали хвостики и гордо чеканили шаг. А вот последний, лоснящеся-черный, замешкался и уставился на меня любопытными желтыми глазенками.

Я вытаращился в ответ. Уж не знаю, чем бы это закончилось, но мама-кошка мяукнула, и малыш, прижав ушки и подпрыгнув, стремглав бросился за своими братишками.

Между кронами яблонь я увидел приметную крышу с зазывающим флюгером — такие обычно ставят на гостевые дворы — рыбка с вилкой в боку. Это то, что мне нужно! Я двинулся в ту сторону по благоухающим улицам, мимо садов, засаженных розами, мальвами и гортензиями; мимо огороженных узорами из камней клумб и домиков, точно сошедших со страниц детской книги.

Гостиница стояла на круглой площади, а рядом с ней расположились лавочки и летнее кафе.

У входа кто-то расставил глиняные, расписанные орнаментами горшки с рудбекиями и аквилегиями, а по деревянным столбам вились вьюнок и дикая роза. Балконы густым занавесом закрывала лоза. Стены цвета лимонного сока украшали консоли в виде резных завитков, а черепица горела, как маковое поле.

На вывеске значилось: «У доброго хозяина». Название-то отличное, а где же сам хозяин?

Я в недоумении покрутил головой.