Живые и мёртвые

Это оттого, что люди здесь только консультируются, не задерживаясь надолго, или просто брезгливая ведьма регулярно делает на рабочем месте уборку?.. Девочки-телефонистки сидят будто под невидимыми обычному глазу стеклянными колпаками, не пропускающими ни дурной мысли, ни сосунка… Они такие профи, привыкшие к скандальной клиентуре, или это какая-то неизвестная мне ментальная техника?..

Я дождалась своей очереди и прошла в кабинет. Медсестра, ухоженная восточная брюнетка средних лет, предложила мне раздеться за ширмой, пообещав, что Олеся Юрьевна сейчас подойдет.

Ну и славненько, заодно грудь проверю, а то в последний раз на осмотре в студенческие годы была.

Здесь тоже было чисто убрано, в обоих смыслах слова. Конечно, никто и не ждет увидеть в частной клинике облупившуюся краску на окнах или клубы пыли по углам, но здесь не было и попыток проникновения разной мелкой дряни с Изнанки. Похоже, что эти светлые, просторные кабинеты заработали так недавно, что ничего дурного здесь еще не успело произойти.

Но только похоже. В тени, у самого плинтуса я увидела небрежно начертанный поверх краски обычной шариковой ручкой Знак. Незнакомый мне, похоже, мусульманский. Но явно охранительный и благославляющий, не темный.

Я с любопытством высунула голову из-за ширмы.

Медсестра в упор глядела на меня.

— Доброго дня… коллега.

— И тебе доброго. Я Арина.

— Альмира. Зачем пришла?

Гостеприимство, ведьма, прямо скажем, не излучала. Оно и понятно. Светлые перед темным на магическом поле практически беззащитны, и увидев с непонятными целями проникшую в ее вотчину потенциально опасную колдунью, медсестра забеспокоилась.

— Проверить…

— Добрый день, на что жалуетесь?

Врач возникла на пороге кабинета так неожиданно, что мы со светлой непроизвольно вздрогнули. То, что Русинова дочь Марковой не вызывало никакого сомнения. Нет, внешность у них была совсем разной. По сравнению с эксцентричной и броской Эльвирой Олеся казалась простушкой – светловолосая, круглолицая, неброско и строго одетая. Но бьющее в глаза обаяние у обеих было просто фамильное.

Девушка буквально излучала доброжелательность и уверенность в своих силах. Выражение лица – открытое, приветливое и при этом твердое. Она, должно быть, мотивировала своих пациенток выздоравливать одной только улыбкой.

— Я провериться просто, – улыбнулась в ответ я. Несколько натянуто, но в кабинете маммолога это было простительно. – Вроде что-то нащупала, но надо ли беспокоиться, не поняла.

— Сейчас посмотрим.