Законодержец. Преступление без смысла

В кабине лифта висели амулеты: серебряная подвеска в форме щита (она мешала применить холодное оружие — любой, поднявший на Коротова нож, упал бы без чувств), сплетённые в узлы бечёвки (подарок китайских магов: узлы не давали призвать ветер в радиусе ста метров), кусок янтаря с «застывшими» в нём песчинками (песок затруднял призыв огня) — и ещё дюжина предметов. По мнению Коротова, те были лишними: место, куда он спускался, и без того набили амулетами под завязку.

А спускался он в лабораторию.

Из лифта Коротов вышел в зал: белый кафель, нержавеющая сталь.

Позвал бы он законодержцев сюда, вмиг оказался бы в наручниках.

Вдоль стен — медицинские койки, и на каждой кто-то лежит... точнее, полусидит, потому что изголовье коек поднято. Мужчины, женщины, дети... Безжизненные взгляды, серые робы. И металлические обручи на головах — блестящие, с зеркальными «бусинами». Из обручей торчат провода — тянутся, вьются.

Контейнер был размером с сундук; стенки блестели никелем, но одна была прозрачной, а за ней сверкали диски, цилиндры, переплетались шланги и трубки. Там же сверкал зеркальный шар — главная деталь «сундука».

Трое учёных о чём-то спорили. Один — тощий и низкорослый — подскочил к Коротову:

— Аркадий Борисович, «Ключ» настроен идеально! Их ауры связаны с прибором — уже можно отсоединять провода...

— Не сейчас, — отрезал Коротов.

— Но мы можем.

Коротышка осёкся: Коротов посмотрел на него долгим и острым взглядом.

— Я всё понял... не сейчас... извините...

Учёный ещё что-то бормотал, но миллиардер уже скрылся в смежном помещении. Оно было тесным — простой кабинет. Не включая свет, Коротов сел в кресло и прошептал:

— Включись.

Шёпот был адресован зеркалу, встроенному в стену и занявшему её целиком. Обычный маг послал бы зеркалу свои мысли, но Коротов был слабым волшебником. Когда-то он этим удручался — обидно, если во всей школе призвать огонь не можешь лишь ты один.

Но сейчас Коротов не считал это слабостью — могущества можно достичь и без магии.

В зеркале вспыхнула картина; об изображённом на ней месте слагали легенды. Лесовье, обитель Перуна... Духа, прозванного громовержцем.

Коротов смотрел на картину.

О Лесовье он знал с детства: аномалка, где живёт спиритус, когда-то исполнявший желания, а теперь отгородившийся от мира — даже магам туда не попасть.

На картине был лес.