Законодержец. Преступление без смысла

..

Глеб не знал, как аура может слабеть, но ни о чём не спрашивал. Всё это дурной сон — ведь Дея только что была с ним на крыльце!..

«Ну да, — шепнул внутренний голос, — а за миг до того, как тебе смяло позвоночник, ты ехал с мамой в кино».

Потянулось ожидание. Монгол ходил по коридору, Вадим Сергеевич сидел, глядя в пол. Пахло лекарствами — Глеб ненавидел этот запах. Казалось, так пахнет безысходность.

Ждать уже стало невыносимо, но вдруг скрипнула дверь и вышел врач:

— Следуйте за мной.

Их провели в комнату — тёмную, с прозрачной перегородкой.

За стеклом Дея, по плечи укрытая одеялом: во рту торчит трубка, щёки ввалились, лицо перекосило, будто в агонии...

Глеб ущипнул себя в глупой надежде, что проснётся, — но не проснулся.

Мелькнуло белое пятнышко: в палате были спиритусы, похожие на фей. Летая над Деей, они совершали какие-то пассы — точно швеи, распутывавшие невидимые нити.

Монгол сдавленно спросил:

— Что с ней?

— В крови вашей коллеги яд, — ответил врач, — очень редкий, изобретённый чернотворцами: действует спустя пятнадцать-двадцать часов после попадания в кровь.

На ноге девушки мы нашли царапину — вероятно, так он и попал в организм.

Даже в полутьме было видно, как побелел Монгол:

— Лаэндо...

Перед Глебом возникла картина — зеркальник, вскинувший руку: «А это мой прощальный подарок!»

Так вот о каком подарке шла речь: во взорванном шаре был яд! И один из осколков задел Дею — наверное, воздушный щит она поставила слишком поздно...

Словно издали донёсся голос врача:

— Мы восстановили дыхание и стимулируем работу внутренних органов, но вывести яд невозможно.

.. Боюсь, его действие необратимо. Спиритусы-целители замедляют процесс, но остановить его они не в силах.

Глеб понял, что под целителями имелись в виду феи. Сглотнув, он прошептал:

— Но ведь можно же что-то сделать?..

— Найти того, кто отравил её — возможно, он знает способ... Но это лишь предположение.

— Сколько у нас времени? — спросил Вадим Сергеевич.

Врач глянул через стекло:

— Трое суток, не больше.

Потом будет поздно.

Он вышел, и тут в кармане Монгола пискнул зерфон.

— Азарин, чёрт бы его побрал... — маг прочёл сообщение: — «Вам не разрешается заниматься делом Лаэндо». Как будто мысли читает... Глеб, ты куда?

Глеб уже выезжал из комнаты:

— На «Фабрику». Ваш Азарин ведь этого хочет — чтобы мы ни во что не лезли?

Вадим Сергеевич шагнул за ним:

— Что ты задумал?

— Я действительно отправлюсь на «Фабрику», — Глеб обернулся. — Баюн меня приместит.