Герои и Злодеи. Марина

— А если я попрошу Вихвэя раздобыть материалы уголовного дела Ласточки? Тебе ведь они нужны, правда?

Глянула на него с долей снисхождения.

— Допустим. Но как змей проникнет в архив, прочтёт нужное имя на папке и вынесет бумаги? Не говори, что он у тебя грамоте обучен.

— Не скажу, — ворчливо отозвался Дэмиэн. — Читать он не умеет, но картинки запоминает. А что есть буквы, если не картинки? Так тебе нужны документы или нет?

Заманчивое предложение! Мне действительно нужны материалы дела Ласточки, и я бы хотела посмотреть, каким образом змея сможет обворовать Каменную Вечность.

— Хорошо. Если у Вихвэя всё получится, позволю тебе остаться.

Манерно поклонившись мне, Дэмиэн негромко цыкнул. Верный приспешник выскользнул из его рукава и положил мордочку на хозяйскую ладонь. Вот бы Дартаньян был таким же понятливым!

Майор Партайро заставил нас ждать почти час, прежде чем четверо конвоиров ввели обвиняемую.

— Марина? — Ласточка непомерно удивилась.

Она выглядела старше своих тридцати с хвостиком лет.

Белый мешковатый комбинезон с чёрной цифрой 73 на груди визуально прибавлял десяток килограммов, белокурые волосы убраны в скромный хвостик на затылке, на лице ни грамма её вечно блестящей косметики. Под глазами залегли тени, щёки осунулись, уголки губ опущены. Как же надо вымотать супериора, чтобы он выглядел вот так?

— Ты ведь не сказала...

— Нет, — поспешила успокоить её. О роли Ласточки в продаже секретов Ассамблеи никто не узнает, по крайней мере от меня.

— Я здесь с целью восстановить хронологию событий для своего фильма, если ты не против, и попросить тебя не поддаваться на уговоры адвокатов хотя бы неделю.

— Заседание суда через пять дней. Прости, но я ничего не могу тебе обещать, сделаю, как сама посчитаю нужным. — Следующую фразу она произнесла так тихо, что я с трудом смогла её расслышать: — Факт нашей встречи в кафе я буду отрицать.

Как же с ней тяжело! Хочет быть мученицей за просто так — пожалуйста, больше предлагать алиби не стану.

Майор демонстративно щёлкнул таймером. Двадцать минут пошли.

Ксэнтус включил камеру. Обозначив тему и выдав несколько риторических вопросов, предназначенных для телезрителей, я повернулась к героине. Ласточка держалась достойно, будто на ней не казённая роба, а её блестящий костюм. Всегда нужно доводить партию до конца, даже если проигрываешь.

Я прошлась только по фактам, известным всем, кто смотрел новости на этой неделе, ничего лишнего.