Обманная весна

– Я без пистолета, сука, – сказал Грин нежно, – но лезвие ножа посеребрено. У меня есть настроение содрать шкуру с твоей трупной морды и забрать ее на память, так что подходи, моя радость.

– У тебя очаровательная претензия быть современным Ван Хельсингом, Илья, – прорычал вампир низко и так же издевательски-ласково, как Грин; его голос словно вынул из Ивана кости. – Милый сумасброд, видишь ли, мне лично ты глубоко симпатичен, но твоя бесцеремонная манера красть силу не всем по вкусу. Я знаю многих, кто желал бы наказать тебя за это.

– Пусть рискнут, – предложил Грин, безмятежно улыбаясь.

– Ты рискуешь, – возразил вампир. – О тебе говорят в «Лунном Бархате». Не стоит перегибать, Илья. Ты вот-вот нарушишь равновесие.

– Офигеть! – насмешливо протянул Грин. Его глаза горели. – Бесы прислали парламентера!

Вампир провел пальцами по воздуху рядом с его лицом – и облизал пальцы. Грин усмехнулся.

– Сладко, – голос вампира ушел в инфразвуковые низы. – Мы могли бы познакомиться поближе, Илья.

Я попытаюсь тебя убить, ты попытаешься меня убить… этот стиль восхитителен на вкус…

Грин сделал приглашающий жест свободной рукой:

– Начинай. Развлечемся.

Смех вампира отдался эхом где-то в темных дворах.

– Сегодня у тебя нет шансов, Илья. Я подожду момента, когда мы будем на равных. Кстати, «Грин» означает «зеленый», да? Зеленый всегда был цветом Инобытия, мистер Ван Хельсинг!

Потусторонняя фигура нырнула во мрак, как в воду. Грин сплюнул.

– Кто на кого охотится, чч-ч…

Иван потихоньку опомнился.

Вампир вызвал у него приступ ужаса, нестерпимого, как ожог. Ах, если бы сила воли и тревога за Грина удержали Ивана на месте – но, в действительности, нерассуждающий парализующий страх был так силен, что он просто не мог ни сопротивляться, ни бежать. Оставалось только радоваться, что Грин озирается по сторонам, кажется, ничего не заметив.

– Я рискую, слыхал? – говорил Грин, морща нос и щурясь. – Они бы меня наказать хотели.

Сс-суки трепаные, твари. Я им еще объясню, кто кого будет наказывать. Обо мне говорят в «Лунном Бархате». Ладно. Узнаем, где этот поганый бархат.

– Как? – спросил Иван, наконец, справившийся с виной и стыдом.

Грин сморщил нос и прищурился.

– Как на войне, – сказал он, достал сигареты с зажигалкой и принялся прикуривать. – Ветер, чч…. Неважно. Мы с тобой, Ванюха, подстрелим одного из них, но не станем отрубать ему башку, пока не поговорим.